— Мозг повреждён, я не знаю, что делать, — алхимик развела руками и погладила парня по плечу, тот сжал кулаки и присел рядом с умирающим товарищем.

Алекса и Саймон переглянулись. Однако помощь пришла, откуда не ждали. Отец Кефрис, что был вместе с друзьями, кашлянул, обращая на себя внимание.

— Мне кажется, есть один выход, — все тут же устремили на него взгляды, — но это теория…

— Да что угодно, мать его, ну же? — Ник не хотел терять Принца, прикипел он к шкодливому варану.

Тот едва научился нормально говорить по ментальной связи, и тут такое.

— Меч Саймона — это часть его сосуда. Гипотетически независимая от основного источника.

— Ты предлагаешь вживить человеческий сосуд зверю? — быстро соображая, спросил Ник.

— Это может пробудить в нём новое сознание, — пожал плечами святой отец.

— Я не против, — согласился Саймон и достал из воздуха прославленную Яту, клинок струился ярко-голубым светом.

— Это же твоя сила, — возразил Ник. — Ты не обязан…

— Даже если я дам рождение одной жизни — это будет значить, что свою прожил не зря. А силёнок у меня хватит и без дара богини.

После этих слов он положил клинок на бок ящера и произнёс короткую молитву отречения. Божественный меч таял на глазах, впитываясь в тело варана. Кожа животного покрылась голубым светом, образуя плёнку из маны, а затем переливаясь всеми возможными оттенками и цветами осановилась на прозрачном.

— Настоящее чудо, — просветлев лицом, улыбнулся Кефрис, видевший рождение новой жизни аурным зрением. Ник даже на секунду пожалел, что он не маг.

Прикоснувшись к ящеру, после всех метаморфоз, воин обнаружил, что температура пришла в норму, и теперь питомец мирно сопел.

— Спасибо, — Ник протянул руку Саймону и тот крепко пожал её, а потом смял в охапку ученика. — Ты чего?

— Сам знаешь, прощай Ник.

Кефрис тоже обменялся с ним рукопожатием, но поскромней.

— Эй, что это значит? — нахмурилась Алекса. — Какое ещё прощай? Ты куда собрался?

— Я думаю, тебе стоит с ней поговорить, — вставил святой отец.

— Да, Ник, объясни мне, что тут происходит.

— Мы присмотрим за Принцем, — кивнул Кефрис.

Они отошли на почтительное расстояние, и Ник вкратце объяснил, как обстоят дела.

— Значит, я — это копия твоей жены в сознании твоего, то есть и моего, ребёнка? — она пыталась собрать воедино все нюансы, и, казалось, у неё сейчас голова лопнет. — Это что за… Почему ты мне раньше не сказал?

— Ты бы не поверила.

— Да какая разница? Почему ты думаешь, что можешь решать за других? Ты хоть представляешь, каково мне теперь будет жить? Нет, это не правильно, — он ходила из стороны в сторону, держась руками за голову и едва не плача. — Всё ненастоящее… Блин, блин, блин…