Исключение он сделал лишь для двух родов. Остатки Арлингов и Хисториусов были найдены и истреблены под корень.

В общем, Ганс скрылся со всех радаров, и никто не знал, когда и где он нагрянет. Из-за этого Сомс боялся даже собственной тени. Он не мог понять природу и мысли этой твари, её мотивацию.

С одной стороны, она была прагматична, но с другой… Всплывали какие-то невероятные факты от разведки. Поговаривали, что через крысиную нору переправляли гигантских монстров, чуть ли не угроз. Естественно, после этого разведчики были устранены Хьюзом — ведь он мог читать мысли даже через подконтрольные объекты.

Сомс не был глупым начальником и всё отлично понимал. Андервуд превращается в нечто зловещее. Все эти приказы сократить общий уровень Емир до минимума во внутреннем городе, массовая эмиграция Тёмных и расселение шлемоголовых в Крысиной норе…

Росло недовольство, но высказать его боялись. Заботы катком навалились на нового правителя города. Не так он представлял себе место главного начальника всего и всех. Раньше у него была гордость, он пробовал сопротивляться и плести интриги, но Хьюз раскалывал их, как орешки на раз-два.

Единственная причина, по которой Рочестер ещё жив — это отличная «вывеска», как говорил Ганс. Если место Верховного займёт ренегат, то резни не избежать — будет бунт. А так они потихоньку душили население, превращая в реальность то, что три года назад казалось невозможным.

Под конец дня Верховный Правитель был досуха выжат. Даже емировы инъекции не помогали — нужен естественный отдых, и таковым для него была единственная сейчас радость в жизни — тёплая ароматическая ванна.

Здесь расположилось уютное местечко свободы. Ведь общий фон Емир тут был близок к десятке, максимальному значению. Сомс экранировал эту святая святых с разрешения Ганса и любил коротать конец дня, нежась в тёплой водичке.

— Всё, катитесь отсюда, — отмахнулся он от помощника и велел перенести ряд важных дел назавтра.

Тёплый пушистый халатик, уютные тапочки и флакон с душистой смесью, приготовленной Алексой. Девушка изумительно делала травяные сборы вперемежку с емировым порошком — после них Сомс чувствовал прилив сил и просыпался посвежевшим.

«Чего у сучки не отнять, так это таланта».

Естественно, его личные алхимики проверяли каждый раз смесь на предмет опасных веществ. Доверять девке не стоило.

Вдохнув полной грудью, он улыбнулся и высыпал из блюдечка сбор. Вода окрасилась в едва зеленоватый цвет, Рочестер тут же скинул халат и плюхнулся в просторную фарфоровую ванну. Он любил это делать до того, как чудо-смесь растворится — так пузырьки собирались вокруг кожи и мягко лопались, создавая массажный эффект.