Насколько Ник понял, Ганс сплотил вокруг себя отщепенцев из района Крайних, немного крысолюдов и бывших военных инвалидов, пообещав их вылечить емировой рудой. Это возымело эффект, и началась локальная война.

Вскоре бунтовщиков разбили ребятки Кайзера, вскормленные на угрозах, и Гансу пришлось затихнуть. Рейды то и дело проводились в богатом районе мутантов, но зачинщиков хорошо прятали.

Ещё поговаривали, что аристократ с дружками спрыгнул в один из мусоросбросов, а вернулся через крысиную яму, что вызывало ещё больше вопросов.

«Ну да ладно — главное, что он жив».

Они проехали часов пять, и только тогда приблизились к нужному району. Вокруг снова были шикарные трёхэтажные дома и приличные ночлежки, сдаваемые в наём приезжим из колоний. Мутанты были обеспеченным народом из-за опасной работы, что они выполняли. Ведь влияние пещер на них почти не отражалось, в отличие от обычных людей.

Крайние позволяли Андервуду экономить сотни тысяч экоинов на освоении строящихся городов, но и жили они гораздо меньше обычных людей. Тот, кто умудрился хорошо заработать, продлевал себе жизнь емировой рудой и дотягивал до старости.

Но везло не всем. Были такие мутации, что не позволяли эффективно работать на стройках или вообще жить без «допинга». Им помогала община, но не все в ней состояли, так что у расы мутантов наблюдалась самая высокая смертность по Андервуду.

Найти Ганса можно было только через одного знакомого — Чачу. Ник уже имел дело с этим прощелыгой, потому не боялся деанона. Коротыш хоть и с гаденьким характером, но своих клиентов не сдавал.

Они свернули на вараний рынок и прошли мимо десятков других ферм, высившихся наносными холмами. Сами норы уходили под землю, а вот сверху, дабы использовать площади эффективно, располагались сушильные ряды, огороженные лёгким забором.

Сюда также часто захаживали и алхимики, привозя скупленное растительное и животное сырьё. Температура там нагнеталась артефакторным ядром в каждой секции. Емиров камень медленно расходовался и приносил своим хозяевам большую прибыль, чем при простой перепродаже.

Вскоре они нашли нужный комплекс и заехали внутрь мимо облупившихся железных ворот. Эта ферма была маленьких размеров, но её ценность заключалась в другом. Чача организовал тут чёрный рынок артефактов.

Здесь можно было скупать и продавать краденное, и никто не докучал вопросами, откуда эти вещи взялись. Время, как говорится, деньги.

— Позови Чачу, — попросил Ник амбала с копьём у входа в зверинец, но тот и не думал шевелиться.

— Сегодня неприёмный день, хочешь купить ящера — спрашивай продавца.