Он прислушался и почувствовал странное. Не слова и даже не образы, а едва заметные толчки в сознании, простейшие импульсы:
+Есть… расти… ждать….+
Словно улей был не просто структурой, а организмом с зачаточной формой коммуникации.
— Так вот ты какой, -пробормотал Вадим себе под нос, оглядывая пульсирующие образования на стенах.
Он поднялся и подошел к одному из мешков, наполненных густой темной жидкостью. На поверхности бугрились скопления клеток-фотофор, светившиеся холодным голубым светом. Вадим вытянул нож и осторожно ткнул в нарост.
Реакция была мгновенной, нарыв дернулся, сжался, словно от боли. Голубые прожилки вокруг мигнули, передав импульс куда-то вглубь. И в голове Вадима эхом пронесся сигнал боли.
— Черт… у тебя есть своя нервная система… -выдохнул он.
Внутри подсознания развернулась странная схема, словно его разум на мгновение получил «„карту“» улья. Крупные стебли, переплетенные с влажными волокнами, тянулись по коридорам, это были не просто опоры, а каналы, наполненные вязкой жидкостью, богатой белком и ферментами. Здесь текла кровь улья, или что-то подобное. Разветвленные синие жилы — нервные проводники, распределяющие сигналы. А на узловых точках размещались утолщения, рудиментарные «„ганглии“», отвечающие за локальную реакцию на раздражители.
Значит, это не бездумный хаос… это централизованная, пусть и примитивная, система.
Он провел пальцем по влажной поверхности, и снова ощутил импульс, на этот раз смутное «„кто?“». Улей распознавал его прикосновение.
Вадим отпрянул и сел обратно, вглядываясь в мягкое голубое свечение.
— Ты же общаешься… на уровне сигналов, -сказал он вслух, хотя прекрасно понимал, что никого в прямом смысле не интересует его голос. — Неосознанно, примитивно, но это коммуникация.
Мысль оформилась сама собой: если каждый улей в городе обладает подобной способностью, пусть и на уровне рефлексов, значит все они — элементы локальной телепатической сети. Каждая жила, каждый нарыв, каждый кокон — часть огромного коллективного мозга.
— Вопрос только в том, -пробормотал Вадим. — Учитесь ли вы… или просто копируете инстинктивно?
Он прислушался снова. Никаких ответов. Только привычное «„расти“„, “„есть“„, “„ждать“».
Но даже эти примитивные сигналы доказали, улей — это не просто фабрика мутантов, а цельный организм, обладающий собственной нервной системой. И если он способен адаптироваться, то эволюция на этом не остановится.
Вадим коснулся виска.
«„А что, если я сам являюсь частью этой системы, только на другом уровне? Нет сомнений, иначе меня бы не пустили на порог. “»