И если подумать у них оставалось два варианта: уничтожить угрозу или захватить ее. И Вадим не сомневался, какой вариант будет для них приоритетным. Он снял наушники, положил их на стол и медленно сжал кулак.
— Значит, охота началась всерьез, -пробормотал он, сам себе.
Генерал Кейси сидел во главе длинного стола, вокруг которого расселись члены Комитета начальников штабов: адмиралы, генералы ВВС и Корпуса морской пехоты, а также начальник военной разведки — худой, лысеющий человек с ввалившимися глазами, словно он не спал неделями. На стене висела панель с несколькими десятками видеоканалов, где мелькали лица офицеров из удаленных анклавов, еще функционирующих баз. В центре трансляции — президент Соединенных Штатов, его изображение шло из бункера в Аппалачах.
Линда Галловей, сдержанная и сосредоточенная, сидела ближе к середине стола. На ее планшете вспыхивали графики — динамика первых серий испытаний «„вирусной вакцины“». Она ненавидела это название: препарат был лишь суррогатом, сырым продуктом, не отвечающим стандартам ни медицины, ни биоэтики. Но выбора не было.
— Доктор Галловей, -заговорил Кейси, его голос отдавался металлическим эхом под сводами бетонного потолка. — Доложите состояние проекта.
Она поправила очки и вывела на экран рядом с президентом серию слайдов.
— Как вы знаете, модифицированный штамм Хронофага мы пытались адаптировать в виде вектора для формирования устойчивого симбиоза с человеческим организмом. На текущий момент побочные эффекты сохраняются: в 87% случаев наблюдаются физиологические деформации: гипертрофия костной ткани, спонтанные разрастания мускулатуры, изменение цветовой пигментации, иногда дополнительные глазные структуры или зубные ряды.
Офицеры переглянулись. Кто-то хмыкнул, кто-то нахмурился.
— Разум при этом сохраняется? -сухо спросил президент.
— В большинстве случаев когнитивные функции остаются нетронутыми. Психика, правда, страдает: в среднем испытуемые становятся более агрессивными, но в пределах управляемого.
— Черт возьми, -буркнул генерал ВВС. — Солдату пара лишних глаз с тепловым зрением только на пользу.
Президент усмехнулся и покачал головой.
— Доктор Галловей, я понимаю вашу озабоченность. Но у нас нет роскоши ждать идеального результата. Вакцина должна пойти в массовое производство. В ближайшие дни. Солдаты переживут наросты на коже или клыки. Мы боремся за существование нации, а не за конкурс красоты.
Линда стиснула губы. Она привыкла к цинизму, но подобные заявления все равно резали слух.
— Хорошо, господин президент. Но я обязана предупредить: чем быстрее и масштабнее внедрение, тем выше вероятность непредсказуемых мутаций.