Оба лорда, поклонившись, вышли из кабинета. Георг некоторое время смотрел им вслед, потом, словно опомнившись, подошёл к двери и резко распахнул её, столкнувшись со стоявшим почти на пороге слугой.

— Пригласите плотника и почините уже этот проклятый шкаф, или, клянусь, я возьму самый большой топор и разрублю его на мелкие части! — рявкнул принц-регент и захлопнул дверь перед носом опешившего слуги. — Чёрт знает что, никто ничего делать не хочет, — пробурчал Георг себе под нос и сел за стол, чтобы разобрать накопившиеся письма.

Сегодняшний день я решил посвятить своим самым младшим брату и сестре. Но это не означало, что остальные не крутились рядом, когда мы всей дружной толпой вывалились в парк. Я решил совершить небольшую конную прогулку по холодку и заодно прокатить Мишу и Аню, беря их по очереди в седло.

Визг стоял такой, что уши закладывало. Я не препятствовал детям выражать свой восторг, пускай визжат. Они ещё успеют показать себя как Великие князья и княжны. Николаю и его приятелю Саше Раевскому оседлали пони, и мальчики носились вокруг меня с выпученными глазами, выкрикивая нечто нечленораздельное. Их пора уже начинать учить ездить верхом, а то рослый Коля скоро не сможет на пони взобраться, чтобы ногами по земле не тормозить. Ну а зима и сугробы не дадут им сорваться вскачь, да и приземление, если мальчиков выбросит из седла, будет отнюдь не жёстким.

— Вам не кажется, ваше величество, что его высочество Николая Павловича ещё рановато сажать в седло? — осторожно спросил меня отставной драгун Щербаков, которому было поручено обучить Колю и Сашу верховой езде.

— В самый раз, — отрезал я, легко вскакивая в седло переступившего с ноги на ногу Марса. — Ну, кто первый? — спросил я у самых младших детей.

Аня, оттолкнув замешкавшегося Мишу, бросилась вперёд. Её поймал смеющийся Лебедев и, подхватив лёгкое детское тельце, протянул мне. У Миши затряслись губы, и в глазах промелькнули слёзы, но тут к нему подскочили с двух сторон баронесса Ливен и Новиков и принялись наперебой успокаивать мальчика, говоря, что настоящий мужчина должен уметь уступать женщине, и потом, тот, кто едет вторым, как правило, катается дольше первого, потому что за ним нет очереди из желающих, и брат не будет торопиться. Выслушав их, Миша важно кивнул, шмыгнув носом, но уже не пытался зареветь.

Усадив вертящуюся Аню перед собой и покрепче прижав её к груди, я тронул поводья, и Марс пошёл шагом, постепенно переходя на неспешную рысь. Аня замерла, вцепившись мне в руку, я же проехал мимо запряжённой кареты, увидев краем глаза, как на крыльцо выскочила взволнованная Катя, бросившаяся к своему экипажу, не разбирая дороги и ничего не видя перед собой. Ну что ещё у неё могло произойти? Ох уж этот пубертат девочки-подростка. Ну ничего, переживём, не такое переживали.