— В общем так! — Енох появился передо мной из ниоткуда и заставил вздрогнуть. — Я слетал в разведку. Пролетел по всем квартирам. Все упились и спят. Не спят только Гудков, Нюра и Гришка. Гудков с твоими мамзельками ругается. Нюра закрылась в квартире и плачет. А Гришка собирается. Я думаю, тебе надо его кликнуть, пока не ушел.

— Куда собирается? — спросил я.

— К какой-то вдовушке на свидание, — ответил Енох, — ты же знаешь Гришку, если он не покобелился денёк, он становится злой, как собака. И, главное, умеет баб себе выбирать. С такими бубсами, что ой. Кстати, ни с одной больше трёх раз не кобелился. Уважает разнообразие. Учись, преторианец!

Енох был прав. Я имею в виду, что Гришка сейчас уйдёт. Поэтому быстренько перепрыгнул через тело Зубатова-Мони и побежал к Караулову.

В то, что Енох не соврал и Гришка явно намылился на свидание, я унюхал по густому запаху пены для бритья с ландышевой отдушкой.

— Гришка! — влетел я в его квартиру (дверь была не заперта).

— Чёрт! Порезался! — с досадой крякнул Гришка и аккуратно промокнул порез салфеткой, — ты чего под руку орёшь как оглашенный? Опять Клара в крови искупаться решила? Или снова дверь тебе выбивает?

— Нет! — покачал головой я и взмолился, — Гришка, помоги Зубатова перетащить, а?

— Я похож на ишака, который нанимался таскать Зубатова? — изумился Гришка и неторопливо счистил опасной бритвой пену с правой щеки.

— Он пьяный, Гришка. Свалился у меня на пороге квартиры и дрыхнет. Я дверь не могу закрыть. И храпит, зараза.

— Так попроси Жоржа, — отмахнулся Гришка и счистил пену с левой щеки, — я уже почти опаздываю. Нехорошо получается. Ангелина Степановна ждать не любит.

— Ангелина Степановна? — изумился я, — старая что ли?

— Двадцать восемь лет. Да, старая, — вздохнул Гришка, — зато какие у неё бубсы, Генка! Это же мечта, а не бубсы.

И этот туда же!

— Так поможешь? Все остальные в жопу упились. Кроме Нюры. Но она его всё равно не дотащит.

— Ну ладно, — со вздохом Гришка отбросил салфетку в сторону, критически осмотрел себя в зеркало и встал, — Пошли. Только быстро!

Мы прошли по коридору и поднялись на мой второй этаж. Точнее Гришка широко шагал впереди. А я пытался поспевать за ним сзади.

— А чего это Зубатов к тебе попёрся? — заинтересовался Гришка, — он же тебя на дух не любит. Да и Клара что-то взъелась на тебя.

— А чёрт их знает, — ответил я и чуть не налетел на гришкину спину, который стал как вкопанный.

— Ого! — присвистнул Гришка и уважительно добавил, — это ж надо так ужраться. Никогда раньше за Зубатовым не замечал такого. Наоборот, мы все пьём, а он один сидит трезвый, запоминает, кто что сказал.