Дверь захлопнулась. Чувствуя себя ещё отвратительнее, чем до этого, Эмилия схватила бокал и залпом допила вино. Кровь стучала в висках, в ушах звенело, и очередной стук в дверь она расслышала не сразу.

— Ваше сиятельство… — прозвучал робкий голос служанки.

— Чего тебе?

— Б-барон фон Берг… Прибыл с визитом. Просит встречи.

— Барон. Фон. Берг? — почти по слогам проговорила Карцева. — Какого демона этот бурдюк забыл в моём доме?

— Прикажете отказать в визите, госпожа? — пролепетала девушка.

Эмилия вздохнула.

— Нет. Проводите в малую гостиную. Подайте ему что-нибудь… Я сейчас приду.

Служанка молча поклонилась и вышла. Графиня опустила взгляд на перепачканный вином пеньюар, встала и быстрым шагом направилась в гардеробную.

Она долго выбирала подходящий наряд, и в гостиную явилась только через полчаса. На ней было строгое платье под горло с длинными рукавами и подолом в пол. Волосы Эмилия собрала в шишку. Она не хотела, чтобы фон Берг хоть на секунду подумал, будто симпатичен ей.

Хотя платье всё равно подчёркивало её превосходную фигуру. Терять обаяние графиня тоже не собиралась.

— Генрих Карлович, — войдя в гостиную, сладко проворковала она, — какой неожиданный визит.

Фон Берг вскочил с бархатного кресла, отбросив недоеденное пирожное. Быстро вытерев испачканные кремом пальцы о салфетку, он поклонился. Эмилия поморщилась, созерцая плешь у него на макушке.

— Эмилия Романовна! — воскликнул барон. — Вы сегодня особенно восхитительны.

— Благодарю, — холодно ответила Карцева.

Она села напротив него, выпрямила спину и выжидающе посмотрела на фон Берга. А тот, усевшись, уставился на неё, глупо улыбаясь.

— Генрих Карлович, — произнесла графиня. — Вы приехали, чтобы взглянуть на меня? Или чтобы насладиться пирожным?

— Да-да, к делу, — закивал барон. — Понимаете… Я слышал о том, что случилось.

— Не сомневаюсь.

— Хочу, чтобы вы знали, — фон Берг наклонился вперёд и понизил голос. — Муратов хочет всё спихнуть на вас. Я в этом не сомневаюсь, потому что он не допустит, чтобы на его род пало обвинение в терроризме. Ему придётся обвинить вас.

— Что ж, пусть попробует.

— Я вас прекрасно понимаю, дорогая Эмилия Романовна… Будь я на вашем месте, я бы тоже не сдержался и попытался убить Михаила. В конце концов, он обезглавил вашего отца!

Карцева стиснула подлокотники кресла, еле сдерживаясь, чтобы не вцепиться ногтями в жирное лицо барона. И он туда же! Только этот жирдяй явно чего-то хотел от неё. И она даже догадывалась чего.

— Вы что-то хотите предложить, ваше благородие? — голос графини звучал ровно, будто разговор шёл о погоде.