— Так что это было? — я воспользовался паузой, — там, на полигоне?
— Это совершенно не важно сейчас, — отмахнулся генерал, — куда важнее, что мы с вами находимся в не самой простой ситуации. Вы, ребята, добыли сердце могилы. Такое происходит впервые в документированной истории. Во что это выльется никто толком не знает, но все аналитики сходятся в том, что риск для всех нас… — он сделал паузу, почесал нос, потом продолжил: — чего уж там, для всего человечества. Не люблю пафос — но в данном случае это просто факт. Так вот, риск этот слишком высок. Нужно как можно скорее уничтожить этот артефакт. Должно быть, Максим вам уже успел рассказать, что по нашему плану мы должны запустить эту штуковину на Солнце. Это единственный надёжный способ.
Генерал вздохнул, потом потянулся к пластиковой бутылке с питьевой водой, которая стояла на столе, отвинтил ей крышку и сделал жадный глоток.
— Вроде всё логично, — кивнул я, — если что — с нашей стороны проблем не будет. Мы готовы всемерно содействовать.
Валерий Михайлович (если, конечно, это было настоящее имя — я слышал, что в спецслужбах принято использовать псевдонимы) поставил воду на место. Потом пристально посмотрел на нас сквозь очки.
— Ребята, это самоочевидные вещи. Вы ведь жить хотите, не так ли? — сказал он, — сложность не в стратегическом видении самого плана, как вы понимаете. Он безупречен. Сложность в деталях. Итак, по порядку: вы должны выжить в течение следующей недели, не потеряв артефакт. Ровно столько времени нужно на подготовку запуска. Мы выбираем вариант с «Ангарой» — он достаточно скоростной, чтобы не бояться перехвата. Второе — спустя эту неделю вас нужно доставить на тот космодром, с которого будет производиться пуск. Третье — за эту неделю вы должны пройти посвящение на Алую ступень, — он тяжко вздохнул и потрогал подбородок, — и с этим затык. Известные ритуалы привязаны к астрономическим событиям. Соответственно, мы должны успеть выработать альтернативу, специально для вас. Вся Алая ступень уже работает над этим.
— Что такое Алая ступень? — спросила Соня, нахмурившись.
— Пока что не важно, — отмахнулся генерал; я обратил внимание, как упорно он уходил от самых важных, на мой взгляд, вопросов — про полигон, про посвящение… впрочем, тут может и не быть какого-то злого умысла. Он может действовать просто в силу профессиональной привычки не давать лишней информации, — так вот, сложность в том, что за вами прямо сейчас идёт охота, которую наша служба и ваша организация ещё не видела. В ход брошены все силы. Задействованы все спящие ячейки всех служб, до которых дошла информация о произошедшем. За вами идут очень серьёзные люди. И не только люди, как мы относительно недавно поняли.