— К русским.

— К русским, — кивнула Катрин.

— Зачем нам к ним обращаться?

— В Новом Рейхе культ Пути силен. Но в рейхстаге есть тайное лобби Москвы, не говоря уже про их влияние в Трибунале. Мы можем договориться с русскими и получить от них необходимые штыки или ресурсы, чтобы вернуть нам реальную власть.

— Нам?

— Да. Я — наследница рода, а ты — как Никлас Бергер, внук Дитриха Брандербергера, совсем недавно признанный им официально. Забрав себе твое тело, он собирался жить дальше именно в этой роли. Заверенные документы все подготовлены, лежат сразу в двух тайных местах. Об одном Кристина знает, об одном — нет.

— Я внук рейхсграфа как Никлас Бергер, совершенно выдуманная личность?

— Нет, он официально признал тебя своим внуком как Никласа Андерсона, и официально сделал документы именно на тебя как на Никласа Бергера со сменой фамилии.

— Это как так?

— Ты внебрачный сын Александра Андерсона. Твоя мать — простая официантка из казино на острове Рюген, которая каким-то образом смогла убедить знаменитого вольного капитана признать тебя несмотря на протест жены, о которой никак нельзя сказать, что она мягкотела…

Никлас в этот момент вспомнил Беллу Ришар-Андерсон, жену отца. Красивую и ядовито-опасную, как давший ей имя цветок белладонны. Мачеха почти не пересекалась с Никласом, но, когда случалось — всегда была ясным лучиком. Теплой, светлой, доброй, понимающей и приветливой. Несколько раз она даже спасала его от очень уж жестких шуток старших братьев. Сейчас, впрочем, Никлас — с высоты прожитых девятнадцати лет, уже практически не сомневался, что вся его детская травля была именно ее рук делом.

— Может быть Елене Нелидовой удалось убедить твоего отца потому, что она сама — внебрачная дочь Дитриха Брандербергера? Или может быть это делала не она, а он сам?

— То есть мы с тобой родственники?

— Вполне возможно, но далеко не факт.

— Почему?

— Я допускаю, что мы с тобой кровные родственники. Но с большей долей уверенности предполагаю, что история с внебрачной дочерью — созданная Брандербергером ложь, часть его плана. Твоя мать погибла почти сразу после того как Александр Андерсон признал тебя как сына, что заставляет меня подозревать все же о рукотворности легенды нашего родства. Кроме того, именно после этой смерти у твоего отца начались проблемы с Москвой.

Об этом — о том, что проблемы с Империумом у отца начались после смерти матери, Никлас не знал. Катрин увидела сомнение в его взгляде, пояснила:

— Да, официально это произошло совсем недавно, после инцидента с консулом Москвы. Но еще задолго до этого, как раз после смерти Елены Нелидовой, твой отец прекратил брать контракты в Восточной Африке, еще тогда окончательно повернувшись к французам. Может быть, и здесь не обошлось без вмешательства культа Пути? Например, представь, что ему тоже могли предложить долгую жизнь? То, что тебя пытался убить доверенный человек твоего отца, вполне ложится в эту версию.