Договорив и картинно взмахнув руками, Никлас посмотрел на Катрин. Никогда в жизни он не произносил таких длинных монологов и сейчас чувствовал, как внутри все сжимается от опасения. Он буквально кожей ощущал опаску, что остальные разгадают и высмеют его нехитрую задумку.

На удивление, все сохраняли серьезность — Катрин в недоумении пожала плечами, обернулась на Горчакова. Инспектор чуть покивал — показывая, что у него есть ответ. Но при этом он поджал губы, следующей гримасой словно намекая, что с его проблемами речи ответ этот будет долгим и сложным к восприятию. После этого Горчаков посмотрел на баронессу фон Губер. Посмотрел на нее и Никлас, поправив зеркало заднего вида. Посмотрела на нее и Катрин — обернувшись на сиденье.

Юная опальная баронесса, чувствуя себя в прицеле сразу трех пар глаз, заметно смутилась.

— Леди Александра, — мягко произнесла Катрин. — Мы с Никласом не местные, в реалиях не полностью ориентируемся. Может быть вы нас просветите по существу вопроса?

Баронесса фон Губер пару раз взмахнула ресницами — Никлас в который раз отметил, насколько кажутся огромными глаза на ее исхудавшем и осунувшимся лице.

— Если вам не сложно, — добавила Катрин благожелательно.

— Не сложно, — явно переступив через себя, кивнула Александра.

Никлас сохранил спокойный вид, но внутри все ликовало. Его недавняя задумка удалась — повинуясь недавнему импульсу, он захотел попробовать разговорить юную баронессу, втянуть ее в беседу, причем сделать это не прямо в лоб. Да, кому-то другому подобное могло показаться пустяком, но он самостоятельно додумался до такого неявного способа манипуляции и сам это сделал. Впервые. Поэтому сейчас Никлас чувствовал себя примерно так же, как на вокзале Зверина, когда прекрасная Есения Кайгородова написала ему свои цифры телеграмма.

— Столь разное и на первый взгляд хаотичное административно-территориальное деление Империи имеет свои причины, — заговорила Александра. — До Катаклизма Катастроф, как вы знаете, весь мир был объединен в глобальную информационную сеть…

Тон у девушки звучал нейтрально, но в нем неуловимо слышались менторские нотки — она определенно рассказывала ранее выученный и хорошо усвоенный урок.

— … Сразу после Катаклизма глобальная сеть интернетов оказалась самым важным из инструментов враждебных человечеству Искусственных Интеллектов, поэтому была отключена по наиболее жесткому варианту. После стабилизации ситуации, когда исчезла прямая угроза исчезновения, человечество постепенно вновь начало отвоевывать свои прежние позиции. Москва — единственная столица, которая осталась центром государства прежнего, старого мира…