9. Сообщить Императорскому и Королевскому Правительству о необоснованных заявлениях высокопоставленных сербских чиновников в Сербии и за рубежом, которые, несмотря на свое служебное положение, не стеснялись высказываться враждебно против Австро-Венгрии в интервью после покушения 28 июня.

10. Немедленно уведомить Императорское и Королевское Правительство о проведении мероприятий, изложенных в предыдущих пунктах.

Так вот ты какой, ультиматум!

Чем-то до боли знакомым повеяло. Оттуда, из будущего. Там, правда, обошлись без ультиматумов. Бац-бац, и…

Я ещё раз перечитал сообщение. Пришел на ум дедушка Крылов: «Как смеешь ты своим нечистым рылом!»

Правда, у этого ягнёнка рыльце-то в крови. Что есть, то есть.

Спал я тревожно. Снился двадцать первый век.

Проснулся в пятом часу, хотя после гибели Джоя обыкновенно сплю до семи. Хотя… Лето, за окном светло, и вчера я выпил лишку лимонада. Сейчас лимонад настоящий, никакой химии — лимонный сок, сок лайма, сок апельсина и чуть-чуть меда, отчего же и не выпить.

Возвращаться в постель не хотелось.

Спустился вниз, внизу у нас библиотека, она же бильярдная: Нижняя Дача невелика, приходится совмещать. Возьму почитать что-нибудь простенькое, добренькое. Может, и опять засну.

Но в библиотеке горел свет, раздавались голоса, и слышен запах турецкого табака. Это Papa и Николаша. Тоже не спят, но, в отличие от меня, похоже, и не ложились.

— Сербия отвергнет ультиматум, Никки. Я в этом убеждён. Да и Стана так говорит, а уж она знает сербов, как никто.

— Я почти того же мнения, my uncle. Не отвергнет полностью, но постарается как-нибудь увильнуть. Сохранить лицо.

— И что тогда будет делать Россия?

Стук шаров. Papa, когда размышляет, любит играть на бильярде, сам с собой. Говорит, что это помогает рассмотреть ситуацию со всех сторон. Главное, чтобы под рукой был бильярд.

— Камердинер Алексея, Михайло, любит говорить, что не след ставить телегу впереди лошади. Народная мудрость своего рода. И в данном случае я следую этой мудрости.

— Но ты же обещал Сербии поддержку, не правда ли?

— Спалайкович просил поддержать Сербию. Я велел Сазонову ответить, что Россия будет поддерживать Сербию дипломатическими методами. Ни более, ни менее.

— Да? А Спалайкович говорит о гарантиях.

— Кому говорит? Тебе?

— Стана слышала.

Опять стук шаров. Стана, жена Николаши, могла слышать это от своего отца, короля Черногории Николы. Много, много в мире Николаев.

— Не знаю, что он слышал. Возможно, принял желаемое за действительное. Или выдаёт желаемое за действительное. Какое мне дело?