Колины каракули, как всегда, дышали мальчишеским восторгом: «Пуля просвистела мимо, словно ласточка! А врач говорит, шрам будет как у настоящего солдата!» Для него это великое приключение. Как в книжке, только лучше!
Да, надо обсудить с Papa. Всё-таки Коля, пусть и невольно, встал на пути той пули, что предназначалась мне. Но как наградить восьмилетнего мальчика, не взорвав придворный муравейник? Вручи орден — завтра же весь Петербург заговорит о «спасении Наследника», а там и до слухов о покушении рукой подать. Кто покушался? Поляк? И начнется…
Нет, лучше тишком да ладком: папе-доктору действительного статского советника, дабы возвёл род Деревенко в дворяне навеки, а самому храбрецу — Станислава третьей степени. С мечами, разумеется! Пусть щеголяет перед родными. А там… Газетчики подоспеют: «Юный герой в сиянии доблести!», с подробным описанием подвига: встал на пути анархиста, заслонив собой Цесаревича. Вот оно, скромное обаяние истинного гражданина! Но это позже. Если и когда и обстановка перестанет искрить.
И, конечно, учиться Коля будет в царскосельской гимназии
Гимназия же царскосельская есть развитие Лицея. Того самого, знаменитого. Лучшие преподаватели, лучшие дети. Пусть Коля учится за себя и за меня, коли уж цесаревичу учиться со всеми невмочно.
Зашла Ольга. Сияет.
— Над всей Германией безоблачное небо, — сказала она.
Вот и славно.
— Papa подписал манифест! — ликующе добавила она.
И перекрестилась не по-девичьи размашисто. От души.
Божьей Милостью,
Мы, Николай Вторый,
Император и Самодержец Всероссийский,
Царь Польский, Великий Князь Финляндский,
и прочая, и прочая, и прочая.
Объявляем всем верным Нашим подданным:
В годину испытаний, когда братские народы, связанные узами крови и веры, вступают в распрю губительную, Наш священный долг — возвысить глас разума и милосердия.
Отныне Россия провозглашает себя в стороне от брани, раздирающей земли Сербии и Австро-Венгрии. Пусть меч уступит место слову, а ярость — мудрости.
Первейшая заповедь Наша — хранить Россию от бедствий войны, коими пали жертвой иные державы. Не поднимем оружия Мы за пределы Отечества , ибо нет чести в пролитии крови русской ради чуждых распрей. Нейтралитет Наш есть щит, данный Нам Богом для спасения миллионов жизней.
Взываем ко всем воюющим сторонам : положите конец вражде, дабы мир утвердился без аннексий и контрибуций, на началах справедливости и уважения суверенитета. Пусть каждый народ сам устраивает судьбу свою, под сенью креста и закона.
Главное служение Царя — не в славе завоеваний, но в том, чтобы возвеличить Россию трудами мирными, умножить её богатства, укрепить дух народа. Счастье подданных Наших — вот мерило правления Нашего. Сего ради все силы Отечества должны быть обращены на стезю просвещения, развития и благоденствия.