— Зубы испортите, — счёл нужным отметить я, хоть моего мнения никто и не спрашивал.

— А это всё тётя Софья! — заявила вдруг Ксюша. — Она Зине с тобой встречаться запрещает. Говорит, ей с девственностью расставаться рано, а в твоём возрасте без секса уже никак не обойтись. Мол, мальчики ещё потерпеть могут, но с возрастом из-за долгого воздержания проблемы и со здоровьем, и с головой начинаются.

— Ксюша! — аж взвизгнула моя соседка. — Ну ты чего⁈ Вообще больше тебе ничего рассказывать не буду!

Я давно не питал иллюзий относительно мнения тёти Софьи на собственный счёт, и заинтриговало вовсе не оно, а кое-что другое.

— Чупа-чупс тут при чём, кудрявая?

— Тренируется она. Чтоб и тебя приласкать, и девочкой остаться, — с предельно серьёзным видом пояснила Ксения, прошлась кончиком языка по леденцу, а затем через неплотно сомкнутые губы протолкнула его в рот и заложила за щеку.

Зинка вмиг покраснела до корней волос.

— Дура! — выдала она и перевела раздражённый взгляд уже на меня. — А ты чего уши развесил, а? Лапшу стряхни!

И, прежде чем я успел хоть как-то оправдаться, девчонка зашагала прочь. Кудрявая егоза выразительно подмигнула на прощание и поспешила следом, на ходу облизывая круглый леденец. Я подумал-подумал и Зинку догонять не стал, решив поговорить вечером, когда немного утихнут эмоции. Да и просто не до того сейчас было. Надо ковать железо, пока горячо. Обидно будет, если такая схема сорвётся…

И в кои-то веки мне улыбнулась удача. Мало того, что дома застал и дядю Петю, и Бориса Ефимовича, так они сегодня ещё и отступили от своей неизменной традиции и водке предпочли пиво, а потому наклюкаться не успели и даже не разругались ещё в пух и прах на почве политических разногласий. Правда, всё к тому и шло.

— Перестройка! Ускорение! Гласность! — распалялся дядя Петя. — Ну и посмотри, до чего балабол меченый страну довёл! Забастовки! Гиперинфляция! Бандитизм!

— Чушь собачья! Это агония плановой экономики! — парировал Борис Ефимович. — Не надо всё на Горбачёва валить. И даже Гайдар не во всём виноват. Сам посуди — бывшие республики всякие денежные купоны вводят, карбованцы, манаты да зайчики, так куда им советские рубли девать? Правильно, мешками к нам везут! Тут хочешь, не хочешь — галопирующая инфляция начнётся!

Дядька воинственно встопорщил усы.

— Нашёл проблему! Павловскую реформу помнишь? Полтинники да сотни на новые лихо обменяли — три дня и всё. А тут всем плевать!

— Прекращение оборота советских денег разорвёт экономические связи! — веско произнёс сосед.

— Тут рвём, тут не рвём — так по-твоему? — фыркнул дядя Петя. — Всё, Боренька, поезд ушёл. Доктор сказал: «в морг», значит, в морг! И это прямая вина Горбачёва, будь он неладен! Он ведь не только страну развалил, он всех предал! Мы всех предали!