— Там один патрон! Лучше уж свой газовый дробью заряжу! — заявил я. — Лёня, бери ствол! Блин, да ты просто у калитки постоишь, пока мы не вернёмся! Сунется кто — даже стрелять не придётся, просто наставишь пистолет, а дальше мы сами! Нельзя сейчас без оружия!

Гуревич ещё немного поколебался, но всё же взял лежавший на коленях пистолет. Я убедился, что он не стал совать палец внутрь спусковой скобы, переступил через растёкшуюся вокруг застреленного автоматчика лужу крови и заковылял к дежурке. Там достал с несгораемого шкафа револьвер, откинул барабан и высыпал на стол патроны с газовой начинкой, взамен вставил дробовые, хранившиеся до того в сейфе. Заодно выдернул из сети вилку телефонного аппарата. Ну да — на всякий случай, полного доверия Леониду не было.

Потом выключил свет, встал у простенка и осторожно выглянул в окно. Во дворе — никого, калитка — закрыта. Уже что-то…

Андрей с укрытым мешковиной автоматом и Лёня с пистолетом в безвольно опущенной руке ждали меня у входной двери.

— Прикрывай, — попросил я Фролова, первым выскользнул на дебаркадер и сразу же сместился в сторону лестницы, не рискнув сигать с метровой высоты.

Но — нет, действительно чисто. Перебрались к калитке, там повторили манёвр, только в тёмный проезд между забором и соседней стройкой выходить было несравненно страшнее.

Толку от моей пукалки, если из автомата полоснут? Дробь самое большее на двух метрах убойную силу сохранит, это ж не двенадцатый калибр! Вот дробовик тут бы совсем не помешал…

Но отогнал посторонние мысли, огляделся, выпрямился.

— Чисто!

Первым двинулся по проходу, а стоило только Андрею зашагать следом, как захлопнулась калитка, лязгнул засов. Оборачиваться и отвлекаться не стал; было не до того.

Дорогу и здания напротив осмотрел, прижимаясь спиной к стене институтского корпуса, потом заглянул за угол и метрах в двадцати заметил белую «оку». Тогда сдал назад и протянул руку Андрею.

— Ключи! — А когда получил их, то предупредил: — Стой здесь и прикрывай.

Выходить на открытое пространство нисколько не хотелось, но этот страх носил уже исключительно иррациональный характер. Поблизости никого, палить по мне с другой стороны улицы точно не станут, а сунутся — поддержит огнём Андрей.

Нормально. Прорвусь.

Сложней всего получилось завести автомобиль. Он оказался с норовом, аж вспотел после третьей неудачной попытки. Но справился, загнал «оку» в проезд, а там Лёня на пару с прибежавшим вслед за мной Андреем откатил в сторону ворота и дал заехать во двор.

В мастерской, куда мы пришли за убитым одноклассником, Фролов только посмотрел на тело и сразу заявил: