— Хлебало завали! — потребовал я.

— Пойдём выйдем! — ожидаемо заявили в ответ.

Зинка вцепилась в руку, не желая отпускать, а когда я высвободился, выскочила из кафе следом. Ну куда, блин⁈

Загородив собой девчонку, я развернулся к троице приезжих, которые лезть в драку не спешили, о чём-то переговаривались на своём непонятном языке и лыбились. Не таджики — это точно, на таджиков насмотрелся за время службы.

— Чё базарите? — выдал я, проигнорировав попытку Зинки потянуть меня прочь.

Хлопнула дверь, из кафе вышли Зоя и Денис. Крайний из приезжих обернулся и потребовал:

— Проходи, давай! Чего встал?

Но Денис с места не сдвинулся, а следом к нам присоединился ещё и Андрей, и до гостей из «очень средней Азии» начало что-то доходить.

— Ну, бля? — продолжил я напирать. — Чё заглохли?

— Всё хорошо! — попытался успокоить меня заводила. — Это была шутка! Просто шутка!

— За такие шутки в зубах промежутки!

— Да всё хорошо! Мы не хотели обидеть!

Портить вечер дракой я не собирался, да ещё Серёжа-неформал влез с пачкой сигарет, угостил Дениса, поделился и с приезжими.

— Ладно, — махнул я рукой. — Проехали!

Наши оппоненты мигом ушли в кафе, мы задержались покурить.

— Серёжа, идём! — заторопилась Зинка. — Ну чего ты как дикий? Напился?

— Да я как стёклышко!

— Ну, мальчики, вы вообще! — заметила вдруг Аня. — На вас наехали, а вы ещё и сигаретами угостили!

Едкое замечание заставило взглянуть на ситуацию по-новому, я переглянулся с Андреем, и тот кивнул.

— Пошли!

— Серёжа! — взвизгнула Зинка, но мы ничего и слушать не стали, рванули внутрь.

Денис последовал за нами, а вот Сергей остался на улице. Плевать! Справимся!

Троицу приезжих я застал у гардероба и сходу прямым в голову сбил с ног заводилу; что-то хрустнуло, болью отозвались рассаженные костяшки. В бок немедленно прилетело ногой, и опьянение помешало удержать равновесие, меня повело и бросило на стену. Денис вклинился между нами и дал возможность выпрямиться. В руке третьего из приезжих возник выкидной нож, но Андрей сначала обезоружил его точным пинком, а затем и вовсе опрокинул удачно проведённой «вертушкой».

А только я на пару с Денисом зажал в угол последнего из этой троицы, раздался пронзительный женский крик, и мы опомнились, метнулись на выход.

— Валим!

Выскочили на улицу, потянули прочь остальных. Потом бежали, но недолго. Ещё смеялись. Настроение было приподнятым, будто хорошую шутку отмочили. Не особо смущало даже упорное молчание Зинки. Пока шли до остановки, она со мной демонстративно не разговаривала и лишь обиженно шмыгала носом. Я не выдержал и спросил: