— Ну что, славнейшие отцы Орбина, все посмотрели? — со злой усмешкой спросил… маг. Как ни старался, Нарайн даже про себя не отваживался назвать юношу сыном. — Убедились, что на самотек это пускать нельзя? Талария и Гелиар должны учиться управлять даром, надеюсь, теперь всем понятно?

Ответом было замешательство: хмыканья, покашливания, неопределенные усмешки.

Изани совсем сник, Делия всхлипнула и уткнулась в плечо мужу: по лицам славнейших было понятно, что надежды нет. Ни форум, ни даже судья Тир, близкий друг семьи, не возьмет на себя ответственность отказать миссионерам.

— Кто хочет возразить? Слушаю.

Глава миссии повернулся вокруг себя, глядя на присутствующих — никто не ответил. По старой привычке Нарайн сжал и снова разжал кулаки. Хочешь — нет, а окончательное решение принимать ему.

— Мы признаем, ты прав. Талария и Гелиар Гор нуждаются в обучении, орден может забрать их, когда сочтет нужным.

После его слов все, казалось, выдохнули с облегчением. Только мать отлученных детей тихо заплакала.

Славнейший Рут покосился на хозяина, утешающего жену, и выдал:

— А дому все же нужен срочный ремонт, — как будто сейчас их интересовал дом.

— Не нужно ничего, — резко отозвался магистр и уже мягче — своему хранителю: — скажи Синшеру, пусть приведет Гели и Таю.

— Лаан-ши, может не стоит? — возразил тот, — Опасно — людей много, все первородные, а ты еще и детей вовлечь хочешь.

— Нужно, Сабаар. Пусть увидят, для чего им сила. Вчера я тебе доверился, сегодня ты мне поверь, хорошо?

Оборотень в самом деле сразу согласился: кивнул и скрылся в глубине дома. Вскоре вернулся с другим хранителем, который нес на руках болезненно-бледного мальчика. Девочка, смело подняв голову, шла впереди. Магистр жестом попросил их подойти ближе, сам встал над трещиной в полу и встряхнул руками.

— Разойдитесь-ка подальше, славные, — громко сказал хранитель.

Но просить уже не требовалось — в доме, в самом воздухе что-то переменилось, сгустилось и напряглось. Все, как один, почуяли голос бездны: гул и дрожь пространства, нагнетание силы — и поспешили убраться с пути. Однако же не так далеко — каждому хотелось увидеть магистра Согласия в деле.

А он, не глядя ни на кого, обратился только к детям:

— Тая, Гели, смотрите, вот как это делается.

И его напряженные ладони, медленно сближаясь, легли одна на другую. Вместе с этим движением трещина в полу дома тоже начала стягиваться. Туго, со скрипом, камень полз к камню: фундаментные блоки сошлись первыми — магистр плотнее сжал ладони, восстанавливая, сплавляя одну базальтовую плиту с другой. Следом за фундаментом пришел черед пола: раскол на отполированной поверхности сузился в ломаную линию, потом в едва заметную царапину и совсем пропал. А взгляд мага уже переместился выше, заскользил по стене к потолку — и вслед за взглядом медленно ползла волна всетворящей силы. Прижимая плотнее и чуть опуская ладони, магистр «сшивал» заново растрескавшиеся камни и штукатурку, восстанавливал облупившуюся лепнину и осыпавшуюся краску. Гул и дрожь то нарастали, до боли давя на уши, то стихали почти полностью. Наконец весь особняк словно встряхнулся — и балка над входом, и ближайшие к ней капители встали на место и выровнялись.