— Убивать? — Датрис по обыкновению ухмыльнулся. — Маленький еще. А как подрастешь да поумнеешь — на войну пойдем.

— На какую еще войну?..

— Люди вечно воюют, найдем какую-нибудь. Там и убивать научишься.

Война… выдумает тоже! О войне Адалан разве что в книжках читал: последняя в странах Конфедерации закончилась за десять лет до его рождения. Нет, конечно, где-то на окраинах еще воевали. Вон, Кафин никак мир не берет: говорят, молодой монарх хочет возвыситься за счет соседей. И шиварийские горцы вечно фарисов задирают… Интересно, а Джубахара от границы далеко? Спросить надо было, а то вдруг как раз там и война? Но все это казалось таким далеким и игрушечным, что всерьез об этом думать…

После урока с Датрисом Адалан отправился домой, в родную келью, досыпать. Но потянул носом и остановился: с кухни тепло и вкусно пахло свежим хлебом. Рот тут же наполнился слюной, а мысли и о близкой кровати, и о войне с географией вмиг выветрились. Зато вспомнилось, что завтрак он проспал, от угощения Виглаи по дурости своей отказался, а вместо обеда — махался на мечах с Датрисом. То есть после вчерашнего «Жареного бока» крошки в рот не положил! Не удивительно, что живот подводит.

Конечно, по-хорошему следовало сначала переодеться, но теперь он вовсе не обязан соблюдать пресловутую снежную белизну. Адалан слегка отряхнул плащ, поправил тунику и свернул в трапезную.

Время обеда уже минуло, столовый зал был пуст. Только с кухни доносился звон посуды, да перекликались юные голоса.

— Эй, кто тут сегодня за старшего! Накормите что ли?

— Сейчас я, подождите, — из прохода в кухню высунулась кудлатая рыжая голова Мина. — А! Это ты, магистр новоявленный. К обеду поспеть никак нельзя было?

— Ты бы со старшими-то не оговаривался, мальчик, — ответил Адалан, выделяя голосом последнее слово. — Или хочешь еще пару дней на кухне задержаться?

Мин насупился. Как все островитяне с востока, он был невысок и тонок в кости: с первого взгляда и не скажешь, что ходил в учениках на два года дольше Адалана. Каково-то ему было подчиняться теперь златокудрому выскочке, только потому что его собственный наставник решил, что в этот раз он к испытаниям еще не готов. Но делать нечего, порядки в ордене едины для всех, и магистр есть магистр, хоть вчера он и был всего лишь сопливой мелкотой.

Адалан все это прекрасно видел и только посмеивался.

— Есть мясная похлебка, ячменная каша, пирог с яблоками, — хмуро ответил Мин. — И вино, конечно. И хлеб.

— Тогда давай сюда и похлебку, и кашу, — обрадовался Адалан, — и пирог с молоком… молоко есть?