Так же существовали и побочные веточки на древе друидских знаний — вроде алхимии с зельеварением, благословения полей и артефакторики.

Собственно, с последней по прибытии мы и начали. С помощью сначала молотка и такой-то матери, а затем и ступки с пестиком я обратил все собранные булыжники в пыль. После этого часть «сырья» была помещена в каменную чашу с высокими стенками, куда Корнегур воткнул посох кверху ногами, начав мастер-класс по наращиванию кристалла. Процесс был медленным, отнимал часа по три вечером, но тем не менее из пыли нужные микрочастицы притягивались к камушку, оседая на нём и встраиваясь в его поверхность. Сам же процесс сопровождался солидным нагревом — собственно, потому и понадобилась каменная ёмкость, деревянный бочонок мог бы не выдержать. Зато друидский посох, в котором хватало магии, чувствовал себя довольно неплохо, пусть поначалу я и опасался за свою берёзовую палку. Не так уж долго над ней работал, как-никак.

Впрочем, всё познаётся в сравнении. Вроде и несколько месяцев — это немного. А вроде и припереть на горбу крупный валун к дому на болоте — это ох как не быстро, даром что на хорошем питании и магии я уже накачал мышцу и выглядел лет на семнадцать. У Корнегура своя бадья была, но мне пришлось сначала озадачиться материалом, а потом вылепить из него нужную форму.

Но зато это было поистине волшебно! Нет, без шуток, когда по твоей воле твёрдый камень начинает течь, меняя свои очертания, — это что-то с чем-то. Я был уже знаком с волшебой, привык к её существованию, даже сам уже кое-что мог. Но тут всё-таки был несколько другой, непривычный уровень. Хотя наставник от моих восторгов только посмеивался, натурально кося под зелёного Чебурана из Звёздных войн и говоря, что разница есть только в моей голове, ведь магия есть магия. Но моей радости это не уменьшало, так что за наращивание своего кристалла я взялся со всем жаром собственной пламенной души, помноженным на спокойствие опытного работяги.

Это сочетание не раз выручало меня в данном мире раньше, не подвело и теперь. Дети и подростки неусидчивы, их мозги эволюцией заточены немножко для другого. Но всё-таки опыт прожитых лет на мне сказывался и позволял унять жажду активной деятельности, удерживая внимание на монотонной и методичной работе. Так что я со всем старанием сидел по три часа неподвижно и ни на что не отвлекаясь, заставляя с помощью магии мельчайшие частицы двигаться к навершию посоха. Не уверен на сто процентов, что имел дело всё-таки с оксидом алюминия, но от ничтожно малых осколков камней действительно «пахло» не только землёй, но и свежим ветром. Ну, насколько я могу интерпретировать свои ощущения, переведя их в слова.