— Ну, в принципе, пойдёт.
— Что это было? — только и смог выдохнуть я.
— Посох-то мой отпусти, уже можно, — усмехнулся он, не добавив ясности. — А это был Зелёный Путь.
— Что за Зелёный Путь?
— Не забивай голову: если станешь учеником, то всё узнаешь, — беззаботно ответил он. — Завтра утром я за тобой зайду.
Сказав последнюю фразу, друид снова сделал шаг и исчез, будто его тут никогда не было. Я же остался стоять посреди каких-то гор рядом с обрывом, на дне которого текла быстрая река. Вокруг были величественные вершины, но хотя бы не наблюдалось снега, да и деревья всё-таки росли. Последнее было весьма актуально, коль скоро уже наступал вечер, а тут вам не равнина — климат иной, как Высоцкий пел. Ночью можно натурально дать дуба.
— Сходил, блин, за хлебушком, — невольно вырвался у меня смешок от абсурдности ситуации.
Почесав затылок, я немного подумал. В основном, конечно, о своей глупости: всё-таки переться к друиду было солидным риском, а почти все местные истории о магах — про то, какие они козлы. На Земле, кстати, тоже: та же Спящая красавица прикурнула отдохнуть на долгие годы не сама, ей помогли, а Алладина за лампой в один конец отправил, кто бы мог подумать, колдун. И чёрт его знает, что там за болотная трава в голове у Корнегура, мог чисто ради шутки меня сюда переместить и вообще не собирается возвращаться. Впрочем, надежда на благополучный исход всё же была, да и стоять на месте — идея не из умных. Если друид вернётся, то хорошо бы всё-таки найти себе животину в побратимы; если нет — то надо здесь обустраиваться. А в идеале хотя бы найти чего-то на пожрать, потому что брюхо явственно требует еды. Молодой растущий организм, всё-таки.
Попытаться спуститься вниз к реке было глупой идеей: не факт, что в её бурном течении рыба вообще есть, а я, скорее всего, сорвусь с кручи и отправлюсь на новое перерождение. Пожить же ещё хочется. А значит, приоритет номер один — это еда, приоритет номер два — это поиск некоего подходящего животного в побратимы, а приоритет номер три — это место для ночлега и топливо для костра. С двумя из трёх пунктов справиться было относительно просто: всё-таки умереть в лесу летом от голода для жителя Средневековья — довольно сложное занятие. Особенно за половину суток. Но другой разговор, что я понятия не имею, как живность становится напарником друида. Не подходил же Корнегур к молодому медведю и не спрашивал: «Эй, будешь моим братаном?». Может, он как-то умудрился украсть медвежонка у медведицы? Не очень братский, конечно, поступок, но это хотя бы возможно в теории, если добавить переменную в виде магии. А там осталось только вырастить зверя, опять же, возможно, продолжая воздействовать на него волшебством. Однако у меня такой трюк с хищным животным вряд ли прокатит, скорее уж одного неудачливого попаданца схавают в процессе. Травоядные? Ну, в целом вариант. Правда, они обычно начинают довольно бодро бегать с первых дней жизни, потому сомневаюсь, что смогу догнать какого-нибудь оленёнка и пояснить ему, какую честь желаю оказать. То, что тут мне, скорее, встретятся горные козлы, тоже мало меняло расклад: за ними по скалам особо не побегаешь. Что есть ещё? Пожалуй, птицы. Они выводят потомство летом, так что сейчас в гнёздах должны быть птенцы. Медведь — это, конечно, круто, но орёл в братанах тоже очень даже ничего, и его мамаша вряд ли разорвёт меня на куски. От этого, наверно, и стоит плясать. Впрочем, так же не стоит сбрасывать со счетов, к примеру, змей. Понятия не имею, как работает побратимство с животными, потому ничего не буду исключать. Но теперь у меня по крайней мере есть хоть какой-то план.