— Топорно, но пойдёт, — охарактеризовал мои мысли друид. — Магии Света учён?

— Немного, — кивнул я.

— Покажи, — потребовал он.

Пожав плечами, я достал нож и слегка надрезал себе запястье. Свет не откликался мне просто так, лишь для исцеления чего-то конкретного. Собственно, недавно я вообще думал, что это только так и работает, пока отец Шарп не показал мне фокус с рассеиванием магии. Что тоже добавляло к падре вопросов, ведь мне он о подобном не упоминал вообще, даже в теории. Жрецам и паладинам доступны лишь барьеры и исцеления, ага… А на деле есть незадокументированные трюки. Но как бы там ни было, а для даже самого жиденького щита я слабоват, потом пришлось шептать молитву:

— Да дарует Свет…

Когда обращение к высшим силам закончилось, на месте ранки остался лишь маленький белёсый шрам. Корнегур посмотрел на это дело и проговорил:

— Лучше, чем ничего. Дай мне свои ладони.

Я сделал шаг вперёд и вложил свои руки в его медвежьи лапы. Друид закрыл глаза на десяток секунд, после чего с чувством произнёс:

— Ну твою мать…

— «Твою мать» — как хорошо или «твою мать» — как плохо? — я вопросительно приподнял.

— Второе, — буркнул он, разжав свои ладони. — Энергетика твоего тела покорёжена. Жилы хороши, а средоточие почти затухло. Жрец недоделанный.

— С чем это связано? — тут же спросил я, пользуясь словоохотливостью наставника.

— С тем, что тебя учил идиот, — безапелляционно заявил служитель природы, что пришлось проглотить. Отец Шарп был мной до крайности уважаем и, пожалуй, даже любим, но сейчас был не тот момент, чтобы вступать в перепалку. — Средоточие слугам Света без надобности, они от мира силу не черпают, только из высших сфер. Свет сам течёт по их жилам. А всем нормальным людям нужно сердце, что будет гнать магию по телу. Тут с волшбой ровно то же самое, что с кровью.

— И что теперь? — сглотнув, спросил я. Возможность стать магом, за которую вроде бы удалось ухватиться, явственно уплывала в никуда, как вода сквозь пальцы.

— Мне думать. А ты иди хоть о дерево колотись — может, какой-то толк будет, — проворчал он, поднялся на ноги и скрылся в доме, закрыв за собой дверь.

Снаружи остался медведь, барс и один недожрец, которых, очевидно, никуда не пригласили. Почесав затылок, я повернулся к Ахиллу и проговорил:

— Пойдём искать дерево.

Не уверен, что Корнегур подразумевал буквальное исполнение своего приказа, но однако он его отдал и сказал, что от этого, возможно, будет прок. Значит, будем выполнять, тем более что других занятий у меня в общем-то нет. Те же попытки повторять упражнения с шестом в одиночку могут привести только к закреплению ошибок, которые некому будет поправить. Потом придётся переучиваться, получая палкой раз за разом. Не ягоды же идти собирать в инициативном порядке? Тем более мы вчерашние не все доели.