— Отойдите все! Остаются только родители. Больному нужен воздух.

Толпа недовольно заколыхалась — любопытно ведь, но послушно перетекла в другой конец зала. Лиза осталась. Я повернулся к ней.

— Прикажите принести стакан воды и кусочек сахара. Можно меда. Быстро!

Лиза повторила приказ слуге. Тот метнулся к дверям. Воду и мед в вазочке принесли практически мгновенно.

— Ешь, Изя!

Мордух шагнул ближе и приподнял сына. Я зачерпнул ложечкой из вазочки янтарный мед и вложил ее в открытый рот мальчика, затем дал запить. Не прошло и минуты, как кожа Изи стала розоветь. Он высвободился из рук отца и сел самостоятельно. Полез в карман, достал носовой платок и стал вытирать лицо. Мордух облегченно вздохнул

— Что это было, доктор?

— Гипогликемическая кома. Недостаток сахара в крови.

— Это лечится?

— Да. Нужно показать его хорошему врачу-диетологу. А пока не давайте ему жирной пищи. И больше сладкого! Варенье, чай, конфеты.

— Правда? — оживился Изя.

— Мы лишали его сладкого, — пробурчал Мордух и зло посмотрел на жену. — Не слушался.

— Воспитывайте другими методами. Например, ремнем (Изя поскучнел), но сладкого не лишайте. Иначе болезнь будет прогрессировать. Она может пройти сама по себе. Со сладким, впрочем, не переборщите. Все есть яд и все есть лекарство, как говорил Авиценна. Диетолог скажет точнее.

— Благодарю, доктор! — поклонился Мордух. — Можно вас на минуту?

Он взял меня под локоть и отвел в сторону.

— Сколько я должен за лечение?

— Нисколько. Я здесь гость.

— Но вы спасли Изю!

— Только помог. Денег не возьму.

— Вы благородный человек, — сказал Мордух. — Извините за неловкий вопрос, в вашем роду были евреи?

— Сомневаюсь.

— Очень похожи. И внешне, — он окинул меня взглядом, — и талантом. С одного взгляда определить болезнь и помочь мальчику… После войны, если решите практиковать в Минске, разыщите меня. Полагаю, договоримся.

Еще один.

— Я подумаю.

Мордух поклонился и убежал к сыну. Тот, как я заметил, уже что-то жевал. Судя по довольному лицу, конфету или что-то вроде того. Ко мне подошла Лиза.

— Спасибо, Валериан Витольдович!

— Не за что. Было нетрудно.

— Что хотел от вас дядя?

— Предлагал деньги. Я отказался, тогда он обещал содействие по открытию практики после войны. Как я понимаю, за долю в деле. Ловкий у вас дядя! Подковы на ходу сдирает.

— Он такой, — засмеялась Лиза. — Не обижайтесь, Валериан Витольдович! Мы евреи, да еще купцы, нам положено искать выгоду.

— Мордух брат вашего отца?

— Матери. Здесь, — она обвела рукой зал, — в основном ее родня. Отцовская не приехала — для нее это незначительный повод. Мои братья далеко и заняты делами, — она вздохнула. — Потому и сказала вам, что праздник маленький. На большом от гостей не протолкнуться.