Кашлянув, патрульный заговорил и, к моему вялому удивлению, он начал не с момента разборок у меня в квартирке, а, считай, с самого начала — конфликта между мной и Роппом. Причем перечислялись только сухие факты, говорилось как есть, без преуменьшения и преувеличения. Когда патрульный добрался до происшествия у парикмахерской, Дуглас Якобс поморщился:

— Шестицветик… начинает создавать проблемы.

— Наш карантин так никогда не кончится, — поддакнул один из патрульных.

— Я поговорю с ними, — произнес Якобс, и сразу стало ясно, что с сегодняшнего дня Шестицветик прекратит свои протесты против стрижки наголо.

Все патрульные, я и сам Якобс, между прочим, были подстрижены под машинку. Только Пелле, Тенк и отпущенные за ненадобностью уже опрошенные девки могли похвастаться длинными волосами. Но сейчас Пелле явно не был рад своим длинным патлам — он аж накрыл голову ладонями, то и дело бросая украдкой взгляды на стриженного Якобса.

Продолжив, патрульный столь же равнодушно описал произошедшее у меня дома. И когда он закончил, в околотке повисло напряженное молчание.

— Нехорошо, — нарушил тишину Дуглас Якобс, сделал большой глоток из своей фляжки, следом глубоко затянулся и, выпустив в потолок струю сизого дыма, повторил: — Нехорошо…

— Да мы… — подскочил Пелле.

— Пасть закрой, — с легкой улыбкой тихо попросил Дуглас, и Пелле с хрипом поперхнулся, опять брызнув кровавой слюной.

Взгляд представителя могущественного рода перебрался на меня, и стало ясно, что сейчас мне придется четко высказать свою позицию. Я был к этому готов и сразу заговорил ровным спокойным голосом:

— Тенк — пусть валит.

— Я выплачу тебе половину арендной платы, — кашлянул Тенк, прикрывая ладонью пробитое ухо. — Выплачу каждый динеро.

— Нет, — качнул я головой. — Ты мне ничего не должен.

Деньги мне были нужны. Но если я позволю Тенку заплатить — а он запросто найдет деньги, одолжив их у своего кореша Пелле — получится, что он как бы имел право находиться в моей квартире, и тогда уже я стану виноватым. Это соображение вместе с выводом и решением будто само появилось у меня в голове — разум сработал четко и быстро. Я не позволю Тенку стать соарендатором.

Странно… откуда во мне эта звероватая хитроватость и подозрительность?

— Тенк пусть валит, — повторил я. — Претензий к нему не имею, если он их не имеет ко мне. Эй, Тенк, ты имеешь ко мне претензии?

— Н-н-н-н… — заерзал парень, беспомощно оглядывая присутствующих и явно боясь глядеть на своего дружка Пелле. — М-м-м-м…

— Ты не мычи, — мягко посоветовал ему Дуглас. — Ты отвечай. У тебя есть претензии к Амосу Амадею?