По темной поверхности металла скользят струйки лиловой энергии. Лед крошится, разбегаются трещины, отделяя конечность от туловища. Через мгновение на землю тяжело падает отделенная от тела рука.

А в следующий миг за ней чуть не падаем мы. Ледяной монстра издает дикий вопль. Он не кричит в привычном понимании слова, у него и голосовых связок нет, как и рта, больше всего это похоже на инфразвук, который испускает все тело голема разом.

— Проклятье! — Берг машинально вскидывает руки к ушам. Пальцы наемника разжимаются, меч падает на землю. Рядом в такой же позе валится Дитрих.

Сорен показывает большую выдержку и на целую секунду выдерживает невидимое давление, но и он в конечном итоге оседает на землю.

Благодаря бурлящему в теле жесткому колдовству Средоточия, продолжавшего воздействовать на организм, мне удается продержаться дольше, я пользуюсь моментом и наношу еще один удар, на этот раз на уровне колена монстра.

Снова громкий треск, как от разломанных бревен. Лед крошится, но поддается, дробя ногу чудовищу. Секунду ничего не происходит, затем собранная из льдистых обломком фигура медленно заваливается на бок, рассыпаясь в полете на отдельные части.

Грохот рассыпавшихся по земле ледяных осколков бьет по ушам. Я стою, не веря, что получилось. Первая отрубленная конечность нарушила внутреннюю целостность колдовского конструкта, благодаря которому он двигался. Вторая довершила начатое, полностью разрушив структуру и лишив псевдоживого монстра жизни.

— Чтоб вас всех, — тихо выдыхаю я и оглядываюсь.

Наемники и гвардеец начинают шевелиться, не веря, что все кончилось. Знаки на менгирах потускнели, а окружающая площадку бело-серая хмарь потеряла былую плотность.

— Надеюсь он был один, — говорю я и пытаюсь проникнуть колдовским взором сквозь висящую в воздухе белую мглу. Больше там не чувствуется движений, но и пропадать она не спешит.

Доспехи наемников местами помяты — результат удара, когда вначале голем их приложил. В голове мелькает невеселая мысль — свою прибавку оба хотя бы частично отработали.

Сорену повезло больше, или скорее, имперец проявил большую осторожность, не став подставляться под удар ледяных клешней.

— Все закончилось? Или ждать еще гостей? — Берг сверлит белесую стену напряженным взглядом, стараясь держаться поближе к костру.

Я неопределенно дергаю плечом, активность магических потоков вокруг менгиров заметно снижается, но кто знает, будет ли новый всплеск.

Но с магией пока лучше подождать. Спорю на что угодно, именно мои действия пробудили древний магический механизм (или чем там эти менгиры являлись?), запустив протокол защиты в форме материализованного голема. Он ведь не из пустоты появился, питательной средой для возникновения послужила та самая белесая хмарь, что до сих пор окружала площадку.