Шаг. За ним следующий.

После поражения Нриа, чудом продолжавшие работать магические системы окончательно отключились, потеряв единственного оператора, поддерживающего в них жизнь. Поэтому из стен больше не выплывали плоды, грозя нашпиговать дерзкого нарушителя отправленными иглами.

Шаг.

Подземелье лишилось содержимого задолго до моего появления, но со смертью тени Ушедшей это проявилось в полной красе. Исчезновение сущности стало последним гвоздем в гроб подземного комплекса. Теперь это просто набор пустых помещений, уставленных каменными изваяниями.

Шаг. И еще один.

Ковыляющей походкой я переходил из зала в зал, подчиняясь внутреннему чутью, подсказывающему направление. Тело шатало из стороны в сторону, каждое неосторожное движение грозило опрокинуть на землю, но я понемногу справлялся.

Шаг.

Идти до конца. Не останавливаться. Не отвлекаться. Не сомневаясь и не колеблясь. Это дорогого стоит и не каждому дано. Даже те, кто думает, что достигнет поставленной цели, все равно в глубине души испытывает сомнения. Я знал, что если хоть на секунду задумаюсь, то уже не смогу выбраться и останусь здесь навсегда. И это, как ни странно, придавало силы. Но мысли все равно путались, и с каждым разом становилось все тяжелей.

Шаг. За ним еще один и еще.

Все становится ясно в конце пути. Кто дошел, а кто нет. Кто показал, чего стоит, а кто сдался. Громкие заявления, битье себя в грудь, уверения, что победит, все это не имело значения. Если лишь конечный результат. Ты либо делаешь, либо нет, иного не дано. Вот так вот все просто. Такова еще одна заповедь философии мар-шааг.

Шаг.

И я ее полностью оправдал, когда наконец вывалился из коридора, увидев конечную цель долгого путешествия из глубины подземелья — зал с алыми и темными кристаллическими образования. Он открылся перед глазами подобно оазису в пустыне перед умирающим от жажды путником.

Шаг. И следующий — последний.

Я устало опустился на колени, помедлил, без выражения разглядывая искаженной мукой лицо за толстым красноватым стеклом. И медленно приложил руку. Пальцы ощутили ледяной холод. В следующий миг по твердой поверхности скользнули алые разряды.

Вспышка.

— Кажется готово, может еще добавить соли? — уточнил Дитрих, зачерпнув ложку в булькающем котелке, сняв пробу и передав Бергу.

Берг принял ложку, попробовал и отрицательно качнул головой:

— Нет, в самый раз.

Оба не сговариваясь посмотрели на третьего члена их маленькой компании. Имперец сидел в сторонке, равнодушно водя точильным камнем по клинку. Вжик-вжик, раздавался противный звук, каждый раз как камень соприкасался с длинным лезвием.