— Назад! Назад! — закричал кто-то.

В этот раз это было правильное решение, но оно опять запоздало. Клубящаяся тьма разбухла, обретая объем. В мгновение ока участок дороги оказался накрыт куском черного как антрацит первородного мрака. Послышались испуганные крики, но уже приглушенные, словно через плотную воздушную пелену.

Я скользнул во мрак, на ходу активируя символ «Когтя». Руку оттянуло призванное оружие в форме прямого полуторного меча. Тьма рассеялась, для меня окружающий мир приобрел пепельный оттенок, но воины в черном слепо тыкались в разные стороны, кто-то пытался развернуть лошадь, кто-то спешился. Слышались ругательства и стоны боли, проклятья и отрывистые команды держаться вместе.

Они уже не надеялись победить, только выжить. Это четко читалось по растерянным жестам, в прорезях закрытых забрал плескался страх и непонимание происходящего.

Первого я убил ударом клинка наискосок, в последний миг добавив через рукоять холода колдовской энергии. Благодаря этому лезвие легко разрубило доспех, разваливая тело практически надвое.

На стоящего рядом приятеля мертвеца плеснуло красным. Он испуганно отшатнулся и попытался отмахнуться вытащенным мечом. Я легко обошел его сбоку и ударил наотмашь в районе предплечья. Отрубленная рука со смачным звуком упала на землю. Воин завизжал:

— А-а-а-а!!!

Стоящие рядом от неожиданности шарахнулись в сторону. Один поднял коня на дыбы, тот замолотил копытами в воздухе. Моя рука выстрелила вперед открытой ладонью. Символ «Молота» вспыхнул и погас. Всадника вместе с лошадью ударило с чудовищной силой и опрокинуло на бок. Раздалось испуганное ржание вперемешку с воплем боли, при падении не успевшему соскочить на землю наезднику придавило ногу упавшим конем.

А потом на меня накатило, сознание накрыло алой волной, и я потерял себя.

Я бил и рубил, кровь хлестала в разные стороны. Рассеченные груди, отрубленные руки и ноги, вспоротые животы и вываливающаяся наружу требуха. Все смешалось в калейдоскопе кровавого безумия. Перед глазами повисла алая пелена, я действовал, подчиняясь инстинктам, не на секунду не останавливаясь. Хищник внутри радостно взревел и взял бразды в свои руки. Теневая тварь с удовольствием помогала, убивая при помощи сотканных из тьмы игл, пронзая и накалывая на кончики тела, будто пойманных бабочек.

Я рубил черных солдат с такой же легкостью с какой они рубили обычных крестьян и не испытывал ничего кроме желания продолжать и не останавливаться. Это была настоящая бойня, где у избиваемых не было ни единого шанса. То и дело вылетали заклятья, призванный клинок поднимался и опускался, щедро собирая жатву, следом теневой охотник пожирал жизненную энергию убитых.