Он опустился ниже и нежно, влажно накрыл её припухшие, растерзанные поцелуями губы своим ртом. Это был поцелуй-благодарность. Поцелуй, забирающий последнюю боль её прошлых ментальных зажимов.
Не произнося больше ни слова, Эрик плавно подвел свои руки под её бедра и спину, легко, одним мощным движением поднимая ее обнаженное, обессиленное тело на руки. Ариадна инстинктивно уткнулась лицом в изгиб его шеи, судорожно обхватив его широкие плечи. Её пальцы впились в его мокрую кожу, осознавая: её броня рухнула окончательно, но вместо страха внутри царил оглушительный, исцеляющий покой.
Он отнес её в персональную ванную комнату, залитую мягким, рассеянным светом.
Пространство из матового камня и стекла мгновенно наполнилось тихим шумом воды. Эрик включил тропический душ, настроив обжигающе-теплый, бархатный поток, и шагнул вместе с ней под прозрачные струи, не снимая её с рук.
Горячая вода хлынула на их сплетенные, обнаженные тела, смывая остатки ароматических масел, подсохшие следы его семени и пролившийся пот.
Ариадна тихо вздохнула, прикрывая глаза, когда тепло воды коснулось её сверхчувствительной, налитой кожи. Эрик бережно опустил её на каменную скамью внутри душевого отсека, вставая перед ней на колени прямо под струи воды.
Человек, чье имя заставляло трепетать финансовые рынки, сейчас абсолютно естественно омывал её тело.
Его большая, сухая ладонь, намыленная мягким гелем с ароматом кедра и вербены, скользила по её плечам, ключицам, спускалась к налившейся груди, с трепетной нежностью огибая чувствительные соски. Он не пытался снова овладеть ею — его движения были пропитаны глубоким соматическим уходом.
Он бережно раздвинул её дрожащие бедра, и струи воды вместе с его мягкими ласками начали смывать следы их дикой, бесстыдной игры. Его пальцы аккуратно, без малейшего нажима проглаживали её пострадавшие, чувствительные зоны, заставляя Ариадну сладко выгибаться в спине, отдавая ему каждое свое дыхание.
— Ты сотворила со мной что-то немыслимое, Ари… — тихо произнес он, поднимая взгляд, полный густого, темного тепла.
Эрик подставил свои ладони под воду, собирая чистые струи, и аккуратно ополоснул её лицо, смывая следы экстазных слез.
Ни один мужчина в её жизни не ухаживал за ней так после близости. Все прошлые партнеры спешили отвернуться, забрать свое и вернуться в свой привычный эгоцентризм. Эрик же открывал перед ней сокровенную глубину сакральной маскулинности: его сила была создана не для того, чтобы забрать, а для того, чтобы омыть, защитить и наполнить ее до самого края.