— Мы почти не спали, — добавил Дэн, едва заметно коснувшись моей спины. — Аля совсем измучилась.
Его пальцы задержались на ткани.
Предупреждение.
Я промолчала.
— Спасибо, что приехал с ней, — сказала мама.
— Конечно. Аля много для меня значит.
Он произнёс это настолько искренне, что мама улыбнулась.
А мне захотелось закричать.
Бабушка спала, и я осторожно взяла её за руку. Она казалась такой хрупкой под больничным одеялом, что сердце болезненно сжалось.
Я тихо рассказывала ей о пустяках, обещала принести что-нибудь вкусное, когда её выпишут, и старалась не думать о том, как сильно испугалась за неё вчера.
Дэн стоял у окна.
— Она сильная, — произнёс он, положив ладонь мне на плечо. — Поправится.
Я не ответила.
— Аля, посмотри на меня.
Я повернулась.
— Не накручивай себя. Ты ей сейчас нужна спокойная.
— Убери руку.
Его пальцы чуть сжались.
— Что?
— Руку убери.
Взгляд Дэна похолодел, но улыбка осталась прежней.
— Не забывай, где мы находимся.
За его спиной мама поправляла одеяло. Она ничего не слышала.
Дэн выпрямился и повернулся к ней.
— Может, принести вам воды?
— Спасибо, Денис, не нужно.
Он снова посмотрел на меня и легко коснулся моих волос.
Я отшатнулась.
— Аля, ты в порядке? — спросила мама.
— Просто устала, — ответил Дэн за меня. — Переживает.
Я сжала пальцы бабушкиной руки.
— Всё нормально, мам.
Дэн убрал руку и улыбнулся.
Он не повышал голоса, не делал ничего, что могло бы вызвать подозрения. Ему даже не требовалось смотреть на меня, чтобы я понимала: он заметил мою реакцию и запомнил её.
Когда мы вышли из палаты, мама задержала меня.
— Аля, вы с Денисом действительно встречаетесь?
Я почувствовала, как похолодели ладони.
— Почему ты спрашиваешь?
— Ты какая-то странная. Почти не смотришь на него, вздрагиваешь, когда он прикасается к тебе. Я сначала подумала, что ты просто переживаешь из-за бабушки, но…
Мама замолчала, внимательно вглядываясь в моё лицо.
Мне нужно было всего несколько слов.
Мам, мне страшно с ним оставаться.
Я уже открыла рот, когда за спиной раздался голос Дэна:
— Всё в порядке?
Он подошёл незаметно. Слишком близко.
Мама обернулась.
— Да, мы просто разговариваем.
— Хорошо.
Он посмотрел на меня и едва заметно улыбнулся.
Не торопил. Не угрожал. Просто ждал.
И я испугалась, что мама не поверит мне. Что он сумеет объяснить всё так, что в итоге виноватой окажусь я.
— Всё нормально, мам, — выдавила я.
Она обняла меня, попросила позвонить вечером и только потом отпустила.
— Спасибо, что заботишься о ней, Денис.
— Не переживайте. Я позабочусь о ней.
Он положил ладонь мне на талию.
Я услышала в его словах обещание, совсем не похожее на то, которое услышала мама.