План начал вызревать еще тогда, после никиткиной битвы, когда ранили Слепого. Подсознательно я понимал, что старик не дойдет до конца. И даже подумывал о добровольном поглощении, как случилось с Психом. Но Слепой с Громушей сломали все планы.

И именно тогда пришло простое и ясное понимание, для чего все это. Мне не надо быть новым Голосом. Каждый должен быть на своем месте. Просто надо сделать так, чтобы жили они. Все они. И вон оно как все обернулось. Получилось. Ну, или почти получилось. Надо теперь еще немного подождать.

Однако чем больше проходило времени в этом безвременье, тем спокойнее на душе мне становилось. Если Они думают, если Они сомневаются, значит, шансов намного больше, чем могло казаться. Значит, все действительно не так уж и плохо. И может выгореть.

А когда глаза резануло от яркого света, я чуть заметно улыбнулся. Появление Его значило только один исход из сложившейся ситуации, и он мне невероятно нравился. В другом случае я бы ничего не почувствовал и не понял. Растворился здесь, чтобы оказаться в нижнем порядке, где мне самое место.

— Рад видеть тебя снова, Несущий Свет, — сказал я.

— Не могу ответить взаимностью, — усмехнулся он. — Но я решил, что будь по-твоему. Несколько душ — приемлемая цена за сохранение равновесия.

— Ты должен сказать мне даже спасибо.

— Даже так? — удивился Люцифер. — Может, ты даже скажешь, почему?

— Я нашел слабое место в твоей системе. Я — что-то вроде компьютерщика, взломавшего крутую программу. Теперь можешь изменить условия игры. Скажем, Оружие Культа способно представлять собой все что угодно кроме атомной бомбы и межконтинентальных баллистических ракет.

— Или то, что может убить только Голос, и никого больше.

— Вариантов масса, — согласился я. — Ну так что, начнем?

— Можно. Я могу дать тебе пару минут, — сияние от Несущего Свет было спокойным, теплым, ярким. Я медленно тонул в нем, все больше расслабляясь. — Чтобы ты подготовился. Принял свои наркомовские сто грамм. Там, куда ты отправишься, с выпивкой напряженно.

Я медленно вытащил пузатую бутылку, подаренную Матреной. Выбил пробку и вдохнул запах спиртного. Ноздри затрепетали от предвкушения, а рот наполнился слюной. Тело отреагировало однозначно. Уж слишком долго я вбивал в него эти условные рефлексы. Я усмехнулся.

— А знаешь, Несущий Свет, и не хочется. Я всегда пил, чтобы заполнить в своей душе какой-то недостающий фрагмент. А именно сейчас мне ничего заполнять не надо. Именно сейчас я цельный.

Бутылка упала, звякнув о камни. Темно-коричневая жидкость побежала быстрым ручейком к моим ногам, словно искала защиты. Я же лишь улыбнулся.