Уродцев было не счесть. Каждый старался перещеголять предыдущего внешним видом и способностями. Вот как они выжили? Слишком много местных было, и слишком разными они оказались.
Именно сейчас я лишний раз понял, что нынешнее место создавал явно не Бог. Ну, или как там Несущий Свет его называл. Отец? Так вот, у того был иной принцип в сотворении существ. К примеру, каждой твари по паре. Несущий Свет же как мог напирал на индивидуальность. Потому что второго такого урода свет не видывал.
Возглавлял все это безобразие орангутанг. Точнее, существо, отдаленно похожее на большую и красивую обезьяну, не считая огромной лысой головы, будто идеально созданной для пробивания «лося» табуретом или приземления маленького квадрокоптера. Да и руки были намного длиннее, чем у изначального прототипа. Сказать по правде, псевдо-орангутанг почти не наклонялся при перемещении. Разве что едва заметно покачивался.
Обезьян повелительно взмахивал конечностями, показывая, куда именно надо отправиться его подчиненным. И те беспрекословно повиновались. Таким образом, защищающиеся рассыпались по ближайшим укрытиям и двинулись по направлению к разрушенному блокпосту. Что мне сильно не понравилось — Обезьян Обезьяныч показал и на дом, где укрылись мы. Поэтому сразу по нему ударила артиллерия.
В роли последней было несколько существ. Человек-лед, пулявший кусками собственного тела, которые разрывались возле окон. С виду вполне себе приятный блондин, глаза которого на мгновение загорелись красным, после чего он вдарил лазерами. Ну, или чем-то похожим. Дом, конечно, не располовинило, однако тот смог отрезать несколько крупных кусков, обнажив ряд комнат. И тот самый культурист, запросто поднявший ближайшую машину и метнувший в здание с такой силой, что после попадания пол под ногами мелко задрожал. Дурак, а если бы попал?
Но больше всего мне не понравилось даже не это, а едва заметное серебристое свечение, исходившее от Обезьян Обезьяныча. Свечение, которого были лишены его подопечные. Те самые простые люди. Что весьма обескуражило. Потому что я впервые встретил сообщество смертных, которыми управлял демон.
Город не переставал меня удивлять. Мне вообще казалось, что проживи тут тысячу лет — все равно вряд ли сможешь привыкнуть к бесконечной фантазии создателя этого места. Может, оттого Голос так и держится за свое кресло двумя рогами?
Самое важное в здешних реалиях — уметь изумлять противника в ответ. Так, чтобы у него одновременно глаза на лоб лезли, кишечник самопроизвольно очищался, а из множества житейских мыслей появлялась только одна, философская: «Какого хера я здесь делаю?».