— Спустимся к Сене и переночуем на берегу, — предложил я, мысленно представив себе карту и прикинув наше текущее местоположение.

Вообще, потеряться было сложно, можно было просто следовать вдоль реки, с правой стороны которой и был построен Гавр, и мы бы добрались до места. Вот только это заняло бы гораздо больше времени. Река постоянно петляла на всем своем протяжении, да и отсутствие нормальных дорог сильно замедлило бы темп. Зато такой маршрут избавил бы нас от нежелательных встреч.

Понятно было, что за фон Ремером шла охота, и все очевидные места уже находились под контролем — их было не так уж и много. Поэтому и нашли нас легко. Главный вопрос: насколько масштабные силы нам противостоят, и хватит ли у них ресурсов блокировать все основные дороги и проверить каждую из придорожных таверн на всем протяжении пути?..

— В свите Фердинанда есть люди, которые не хотят этого союза. Они не остановятся ни перед чем! Вот только я не могу ничего доказать! Все, что у меня есть — это домыслы. Я даже не уверен точно, кто стоит за сегодняшним нападением. Господа, если вы откажетесь от дальнейшей поездки и вернетесь в Париж, я пойму.

Мы с д’Артаньяном переглянулись. Он кивнул.

— Unus pro omnibus, omnes pro uno! — сказал я.

— Вы не могли бы перевести? У меня с детства плохо с латынью, — попросил д’Артаньян.

— Один за всех, все за одного!

Все, как завещал нам старик Дюма, а так же федеративная политика Швейцарии, где этот девиз фигурирует в большом числе документов. Более того, в конституции КНДР есть принцип коллективной ответственности, который формулируется ровно так же. Потому что звучит красиво!

— Прекрасно, шевалье, просто прекрасно. Это мне подходит!

Я повернулся к фон Ремеру.

— Мы имеем честь сопровождать вас и далее.

Нас никто не провожал. Когда д’Артаньян поджег трактир, все, кто остался жив, разбежались кто куда. Интересно, сколько бедолагам добираться пешком до ближайшего городка, и что они скажут местным стражам правопорядка?

Пришлось попетлять, тем более, уже темнело, но все же через полчаса мы добрались до реки, выбрали место для ночлега, стреножили лошадей на ночь и развели костер.

Солнце еще не село, все же середина июля, но уже висело низко над горизонтом, освещая облака в лилово-пурпурные тона. Легкий ветерок обдувал наши разгоряченные лица, успокаивая нервы.

Костер ярко разгорелся, весело потрескивая углями.

Я сел на бревно на берегу и смотрел на реку, неспешно несущую свои воды день за днем, век за веком. Тишина и спокойствие, полное умиротворение, только комары, сука, достали! Безжалостные твари!