Ну да бог с ним. Он предупредил, что поездка будет сложной и непредсказуемой, а если и утаил какие-то нюансы, его право. Плевать. И д’Артаньяну было плевать, это я видел. Он вообще был человеком, хоть и осторожным, но совершенно бесстрашным. Возможность собственной смерти его нисколько не пугала, хотя гасконец не был ни идиотом, ни безумцем. Просто он принимал жизнь такой, какой она была. А смерть — одна из составляющих жизни.

Ехали молча, каждый думал о своем. Я — о том, чтобы не отбить зад. Длительные конные переезды ужасны. Конечно, тело де Браса было привычно к подобным путешествиям, но я предпочел бы сидеть за рулем Лады Калина, чем управлять лошадью. Не мое это! К сожалению, не все мечты сбываются.

Д’Артаньян же, напротив, чувствовал себя, как рыба в воде. Мне даже казалось, ему не хватает скорости. Он то и дело уносился вперед, а потом поджидал нас с фон Ремером.

Время от времени мы делали привалы, давая возможность отдохнуть лошадям. Тевтонец в такие моменты сверялся с картой, которую доставал из седельной сумки.

Он долго водил пальцем по бумаге, нервничал и раздражался.

— Сдается мне, наш наниматель не очень-то уверен в направлении, которое он выбирает, — задумчиво заметил д’Артаньян, поглядывая на немца. — Если мы едем в Гавр, то пару раз мы уже свернули не туда, удлинив наш путь на несколько миль.

— Дьявол! Вы не могли сказать об этом раньше?

Гасконец лишь неопределенно пожал плечами. Я же решительно подошел к фон Ремеру и заявил:

— Вы знаете, что путаете дорогу?

Тевтонец яростно бросил карту на дорогу и начал ее топтать.

— Шайзе!* Я чувствовал, шевалье, что-то не так! Нам нужен проводник!

*(нем.) Дерьмо!

— Мой товарищ неплохо ориентируется в этой местности, а в случае необходимости мы расспросим местных. Доверитесь ли вы нам?

— Всенепременно! — с облегчением выдохнул фон Ремер. — Надо было с самого начала спросить у вас совета. Все моя гордость, я привык полагаться лишь на себя. Но сейчас это не к месту. Дело превыше всего!

— Угу-угу, Deutschland über alles*… — пробормотал я себе под нос. — Знаем-знаем, проходили…

*(нем.) «Германия превыше всего» — строка из национального гимна Германии, которая ныне не исполняется.

К счастью, фон Ремер меня не расслышал, иначе обязательно задал бы пару вопросов, на которые я не очень-то хотел отвечать.

Как только д’Артаньян взял в свои руки руководство нашей экспедицией, все пошло гораздо лучше. Основная проблема состояла в том, что сменных лошадей не было, и нам приходилось слишком часто останавливаться, чтобы дать отдых животным. Но, тем не менее, к вечеру мы преодолели не менее двенадцати лье*, а то и все пятнадцать, а значит, осилили где-то треть пути.