И все же, Пикара не выдержал первым. Он резко атаковал, целясь мне сначала в грудь, потом в шею, затем в бедро. От первого выпада я просто ушел в сторону, второй отразил, а на третий — контратаковал. Но и гвардеец успешно блокировал два моих удара.

Когда говорят: сталь звенит — это не правда. Она скорее мерзко скрежещет, когда клинки скользят друг по другу. Звук этот неприятный и раздражает. Хуже только пенопластом по стеклу!

Мы продолжили танец. Я поднял кисть выше уровня сердца, и чуть опустил острие рапиры вниз. Пикара, наоборот, держал шпагу классически, снизу вверх, и опять ушел в глухую оборону.

Такая схватка могла длиться долго, до тех пор, пока один из участников не потеряет терпение и не совершит оплошность. Кажется, это поняли и друзья Пикары. Вот только вместо советов со стороны они придумали, как решить исход поединка иначе.

Мне повезло, что я заметил слева резкое движение воздуха и интуитивно отшатнулся немного назад, пропустив чужой клинок буквально в паре сантиметров от своей шеи.

Друг Пикары, нисколько не смущаясь, выругался и напал повторно. Третий гвардеец старался зайти мне со спины, держа шпагу в руке.

Вот она, сука, пресловутая дворянская честь!

Теперь они нападали на меня втроем, охватывая кольцом, и не давая возможности ретироваться.

Я бы сбежал, но все пути к отступлению были перекрыты.

Чужой клинок рассек мне левое плечо, второй — достал до ребер, к счастью, неглубоко и легко. Третий удар я отбил и отступил максимально назад, прижавшись спиной к стене. Дальше деваться мне было некуда, и против троих противников долго я не выстою. Черт! Неожиданно. Но, кажется, сейчас меня убьют. А это, как всегда, не вовремя. Только я начал вживаться в этот век.

— Пикара, оказывается, вы — подлец! И ваши жалкие дружки тоже! Трое на одного — не слишком ли?

— Собаке собачья смерть! — прорычал гвардеец.

Упомянуть что ли графа Рошфора или даже самого кардинала? Вряд ли мне это поможет. Пикара, что называется, закусил удила, и его удовлетворит только моя смерть. Конечно, появись тут Ришелье, собственной персоной, он бы остановил кровопролитие, но простое упоминание его имени — явно нет, поэтому я даже и не стал пытаться.

На какие-то мгновения сложился статус-кво: я прижат к стене, но еще вполне опасен, трое врагов стоят напротив, но тот, кто нападет первым, явно получит ответный удар, поэтому никто не спешит. При таком раскладе меня убьют в любом случае, без вариантов, но кого-то одного я прихвачу на тот свет с собой.

И в этот момент меня слегка переклинило. Общая усталость ли тому виной или моя обида на несправедливое устройство вселенной, забросившей меня невесть куда и когда, но я заорал, что было мочи, провоцируя и нагнетая: