— Видите ли, любезный шевалье, это долгая история…

— Так расскажите мне ее поскорее, а потом я бы еще немного вздремнул!

Д’Артаньян вздохнул и начал рассказ:

— Вы ушли в комнаты, а мне все не спалось. Те двое дворян, что ужинали за дальним столом, затеяли игру в кости. Знаете, было скучно, и я подошел поближе, с интересом наблюдая за забавой. Сам я не игрок, но почему бы одному благородному господину не поглядеть, чем развлекаются другие благородные господа?..

— И вы стали с ними играть! — я обличительно поднял вверх указательный палец.

— Увы, да! — покаялся гасконец. — Они сказали, что новичкам всегда везет. И поначалу мне, и правда, очень везло. Но после третьего круга, когда передо мной на столе лежало не менее пятисот пистолей, я, видимо, исчерпал лимит везенья новичка и перешел в разряд опытных игроков. И удача пропала…

Я начал лихорадочно одеваться в полутьме, предчувствуя худшее. Д’Артаньян, между тем, продолжал свою историю.

— Сначала я проиграл обратно те пятьсот пистолей. Но это мелочи.

— Что вы проиграли затем? — я замер на одной ноге с сапогом в руках.

— Я проиграл двух заводных коней.

— Вы остановились на этом?

— Каюсь, нет. В свое оправдание могу сказать, что я планировал отыграться. Думал, фортуна вновь повернется в мою сторону лицом. К сожалению, я увидел лишь ее крепкий крупный зад. За следующие полчаса я проиграл свою лошадь, вашу лошадь и лошадь фон Ремера. Вместе с седлами, благо, они не слишком дорогие.

Прекрасно! Теперь мы пешеходы! Как чувствовал, что нельзя оставлять гасконца одного. Сам виноват. Черт-черт-черт!

— Это еще не все, — осторожно заметил д’Артаньян.

— Что еще вы могли проиграть? — не понял я. — У вас же больше ничего не было! Или вы играли в долг?

— Нет, те господа отказались от моей расписки, хотя я предлагал. Они сказали, что у них крайне мало времени, и что они через два дня убывают в Англию, поэтому взыскивать возможные долги им не с руки. Тогда мы стали играть на ведьму.

— На Лулу? Боже мой! Д’Артаньян, вы с ума сошли!

Гасконец пожал плечами.

— А что такого, девка она видная. Тем господам она сразу приглянулась. И я был уверен, что в этот раз уж точно не проиграю.

— И? — нетерпеливо подстегнул я рассказчика.

— Проиграл, — вздохнул гасконец. — Сожалею!

— Сами будете с ней объясняться, — пожал я плечами. — И вообще, стоило ли спасать беднягу, чтобы тут же проиграть ее в кости.

— Судьба переменчива. Но и это еще не конец истории.

У меня больше не было слов, поэтому я просто уставился на гасконца, как черт на ладан, опасаясь его дальнейшего рассказа.