Чтобы угольная пыль более-менее хорошо горела, её проливали водой и перемешивали до состояния подсушенного бетона. Эта смесь угольной пыли и воды сгорала почти также хорошо, как и комки угля. Правда, пропорцию с водой держать надо было чётко — если воды будет больше, смесь могла вообще не загореться, а печка спустя некоторое время потухнуть.

Одного ведра угля с утра хватало, чтобы тепло держалось до ночи. Однако ночью печка уже окончательно остывала, и чувствовалось, что в доме некомфортная температура: уже, например, в майке или рубахе ходить было прохладно. Утром растопка начиналась по новой. И так каждый день.

Самое плохое случалось, если из дома все взрослые уходили, например, на работу. Оставлять топящуюся печку без надзора никто не решался, потому что один уголёк мог вылететь из поддувала и закатиться под доску, приведя к пожару, поэтому в таких случаях нетопленной печка могда оставаться до середины, а то и до конца дня. И тогда взрослые приходили с работы в абсолютно холодную квартиру. Прежде чем сесть ужинать и отдыхать, нужно было растопить печку. Потому что не затопишь: на следующий день здесь температура будет почти как на улице. Печь была сердцем квартиры Выживалы. Она давала тепло, еду, жизнь…

В бараке, где жил Выживала, холодало быстро: стены, сделанные из железнодорожных шпал, обитые дранкой, переплетённой сухим камышом и покрытые штукатуркой, не способствовали сохранению тепла. Холод шёл и снизу: прямо под досками пола, в 10 сантиметрах от них, уже была земля, точнее, насыпан слой печного шлака, который служил утеплителем. На полу лежали половики, однако и это не спасало от холодных сквозняков, гулявших под половицами.

А ещё сама доставка топлива. Барак ведь это не деревенский дом! У того же самого деда Андрона углярка и дровяник находились совсем рядом с домом, буквально в паре метров. Здесь же за углём и дровами нужно идти в сарай, который располагался в 50 метрах от подъезда. Причём идти в любую погоду и в любое время суток. Ночь на дворе, тёмный вечер, хлещет дождь на улице, валит снег, или ураган сбивает с ног, будь добр, иди в сарай и принеси топливо, иначе никак.

Возня с печкой отнимала много времени у взрослых, приносила много грязи и неудобств, но к сожалению, избежать этого было никак невозможно…

…Гораздо хуже стало, когда в ноябре стало ещё холоднее и подступила зима: тогда топить приходилось, как минимум, два ведра угля в день, при этом постоянно следить, чтобы колосники не забивались шлаком, иначе печка могла перестать топиться, постоянно нужно было шуровать топочную камеру, и этим заниматься необходимо на протяжении всего светового дня.