— Не знаю, но запомню, — пообещал Выживала.
Потом пошли к мужикам, которые сидели за столом. Было их там человек пять. Наголо бритые, по зоновской привычке, почти все с татуировками на руках, да и вида самого подозрительного. Выживала даже в 2022 году таких говнодавов обошёл бы за версту стороной, однако батя поставил помойное ведро у подъезда, уверенно направился к ним, толкнул самого крайнего жигана, чтобы он подвинулся, и с удовольствием поздоровался за руку со всеми.
— Гринька, а мы сёдни на сухую катаем ! — заявил один из жиганов, голос которого был сильно шепелявым из-за выбитых зубов. — Все на мели.
— Значит, будем на интерес играть, — усмехнулся батя и бросил пачку папирос на стол. — Давайте, братва, выкладывайте, у кого что есть. Нас как раз шестеро.
Пока взрослые занимались игрой в домино, громко щёлкая костяшками по доскам стола, Выживала оказался предоставлен сам себе. Делать было нечего. Увидев, что на него никто не обращает внимания, Выживала пошёл посмотреть, что находится у дороги. Выйдя на деревянный скрипучий тротуар, сначала посмотрел вправо, потом влево. Похоже, по всей улице с этой стороны стояли точно такие же бараки. По крайней мере, в обе стороны они шли на достаточно продолжительное расстояние. А может, ему с его детским телосложением это просто казалось? Да не, всё точно…
За дорогой, как было видно и от барака, тянулись красные кирпичные здания, похоже, склады. Но на одном здании была большая надпись на вывеске: «Столовая № 22. Трест столовых и ресторанов». Больше ничего интересного тут не было.
Выживала прошёл опять к сараям, помойке с туалетом и осмотрелся. У сараев стоит грузовой фургон с надписью ГАЗ-53 на высоченном радиаторе, находившемся над массивным железным бампером. На приваренные буксировочные крючья намотан толстый стальной трос. В сараях, похоже, хранились уголь и дрова, судя по тому, что перед ними вся дорога была засыпана угольной пылью.
Он попал в абсолютную жопу! Здесь даже погулять негде! Да и жить, по сути, невозможно… Нечем заняться ни дома, ни во дворе…
Похоже, Выживала на некоторое время полностью выпал из реальности, предаваясь печали по своей горькой судьбе, потому что не заметил, как подошла ОНА.
— Женька! Чё ходишь тут? — раздался сзади писклявый девчоночий голос.
Выживала оглянулся и увидел белобрысую девчонку, возрастом примерно лет пяти или шести, в грязноватом пёстром платьице до колен, сандалиях на босу ногу и белой детской панамке на голове, из-под которой в стороны торчали два хвостика белобрысых волос. Колени все побитые, ноги исцарапанные. Девчонка с интересом смотрела на него.