— Эх, Семён Семёнович, ничего ты не понимаешь, — вздохнул отец. — Чтобы стать передовиком производства, нужно делать кое-что такое, что мне не нравится.

Однако что надо делать такое, что ему не нравится, батя говорить не стал, махнув рукой.

…Путь до станции занял примерно час. Всё это время тащились сначала по мосту через реку, потом по железной дороге до перрона, на который выходили, когда приехали сюда. Только расположились там, мужики-путейцы, проходившие рядом, сказали, что на этом перроне останавливаются только поезда, выходящие из города, а те, что идут в город, останавливаются на другом пути, в середине станции, и пройти к тому перрону можно только по мосту. Пришлось ещё и подниматься на мост…

Когда подошли на остановку, батя купил в кассе два билета, и сел отдохнуть: ноги уже горели огнём, а кое у кого и плечи с руками. Отец, похоже, с непривычки сгорел на солнце, пока в одних труселях рыбачил в забродку.

Времени до электрички было ещё порядочно, около 40 минут, поэтому сидели на скамейке под навесом, смотрели на проезжающие железнодорожные составы, на работу железнодорожной станции. Проходили вагоны, стучали колёса по стыкам, гудели и свистели локомотивы. Потом, когда до электрички осталось уже 20 минут, бате захотелось чего-то перекусить, пошли в заводскую столовую, батя купил по стакану кефира и по булочке себе и Выживале. Потом, по-быстрому съев это, отправились опять на перрон, а там и электричка подошла.

Так как станция была рабочая, то народу отсюда отъезжало очень много, как раз кончилась дневная смена у железнодорожников. Вдобавок электричка была уже полная дачников, которые везли в город плоды своих трудов: ягоду в вёдрах и бидонах, огурцы, молодой картофель и всего по мелочи. Нечего даже и говорить, что поезд был переполнен, опять кое-как втиснулись в него и остановились в тамбуре, примерно так же, как ехали сюда. Хорошо, что сейчас электричка не стояла и не ждала времени отправления, а поехала сразу же, и уже через 10 минут пришла в город.

Вокзал встретил их толпами людей, снующих туда-сюда. Резко навалилась усталость. Уже сколько времени они тащились с этого озера, а ещё предстояло идти домой, впрочем, идти было относительно недолго. Правда, нужно было опять подняться на мост, ведущий в их родную краянку.

Выживала поднимался по мосту и чувствовал, что силы у него уже совсем не осталось, ещё немного — и свалится на асфальт. Однако шёл, не жаловался, понимал, что деваться некуда, нужно идти. Если сесть на корточки в толпе людей, долго не просидит: кто-нибудь собьёт. Да и что это за отдых…