В этой суматохе никто не заметил отсутствия Валерона. Появился помощник уже в нашем номере. И сделал это эффектно: выплюнул два трупа прямо на прикроватный коврик. Рядом с одним упало охотничье ружье, из которого наверняка в нас стреляли. Еще на пол свалилась куча вещей.
— Из их коляски, — пояснил Валерон. — Она приметная, а лошадь обычная, так что мы ее брать не будем. Осматривайте этих. Вдруг они приличные люди и ходят на дело с паспортами?
Надежда Валерона оказалась напрасной. Ни у одного документов не оказалось. Денег тоже было мало, зато охотничье ружье, как сказала Наташа, прекрасно в этом разбиравшаяся, оказалось из очень дорогих и отличавшихся не только ценой, но и высокой точностью при стрельбе и быстрой перезарядкой.
При ближайшем рассмотрении ружье оказалось с рунами на меткость и удачу. Обе они против божественных защитных артефактов не помогли. Как и руны и заклинания на патронах, которых хватало. Были руны и со Взрывом, и с мощным ударом, и с оглушением, с различными заклинаниями, в том числе «Дыхание Скверны». После того как я это увидел, сомнения в том, что покушение — дело рук Базанина, почти пропали, хотя Валерон утверждал, что от выплюнутых на наш коврик трупов при жизни Базаниным не пахло. Но они могли не встречаться с ним, а получить заказ через вторые-третьи руки. Или вообще являться не представителями скверников, а членами очередной банды наемных убийц. Я даже на всякий случай раздел тела и осмотрел на предмет татуировок, но таковых не нашлось совсем. Проверить трупы на магию, которой они владели при жизни, не представлялось возможным. Наверняка были навыки, которые позволяли и это, но сейчас я смотрел на два мертвых тела и жалел, что не видел их при жизни. Тогда можно было бы сказать определенней.
— С высокой вероятностью покушение было совершено по указаниям Базанина, — подтвердила Наташа мои размышления. — Странно, что не магией. В арсенале Скверны есть убойные заклинания.
— Как раз не странно, — возразил я. — Они не хотят привлекать к себе внимание и пытаются выдать за покушение со стороны Болдыревых. Тем самым решают сразу две задачи: возникает раздор между мной и Болдыревым, и все думают на подручного Болдырева, а не на истинных виновников. Вряд ли Богомаз, при всей его гнилости, планировал меня именно убить. Организовать поломку и задержать — да. А убить… Нет, я не говорю, что он на это неспособен, но так топорно делать не будет. С его-то опытом подстав, когда ни разу не смогли доказать его участие? А в том покушении, что сегодня, для посторонних всё указывает на него.