Я решил воспользоваться случаем и провести, так сказать, презентацию. Что-то попадет в газету, а что-то разойдется слухами. Нужно дать понять, что за таким средством передвижения будущее. Оно куда проще в обращении, чем лошадь, менее капризное, более комфортное и не требует отдыха. Я даже вскользь заметил, что мог бы завершить дорогу за сутки, но по настоянию Богомаза, чьим лошадям требуется отдых, пришлось ее растянуть на три дня.

Мы уже проехали большую часть намеченного на сегодня пути, но вопросы у моих спутников не иссякали. Они спрашивали — я отвечал. Иногда отвечала Наташа, если вопрос касался комфорта и впечатлений от поездки, а не технических деталей. Ее вмешательство давало передышку моим голосовым связкам, что было нелишним — раньше так долго болтать мне не приходилось. Удивляло, что интерес не падал. У меня даже выяснили все подробности как первой поездки еще на деревянной основе, так и первой длительной, когда я ездил автомобиль красить из Дугарска в Курмень, хотя, с моей точки зрения, ничего интересного тогда не случилось. Но я рассказывал, потому как мнение этих господ для меня было очень важным.

Я говорил, но обстановку на дороге мониторил, потому что пустоты здесь не было: ехали и попутные, и встречные повозки. Приходилось постоянно лавировать и держать в уме возможный испуг лошадей. Большинство относились индифферентно, но попадались и такие, которые пугались и переставали быть управляемыми. Их было мало — всё же моя машина была не первой в этом мире, и не единственной. К тому же она почти не шумела и не воняла для тонких лошадиных органов чувств.

Телегу, выезжающую на перекресток нам наперерез, я заметил сразу. Притормозить-то притормозил, но и мужик на телеге тоже остановился, прямо посередине дороги, и принялся бегать с озабоченным видом рядом с телегой. Не иначе как притворяется, что колесо спустило — больше там ломаться было нечему.

Я погудел. Мужик засуетился еще артистичней, хватаясь за голову и размахивая руками, отчего его лошадь не сдвинулась ни на шаг. Колеса он тоже попинал сначала с правой стороны, потом с левой. Как ни странно, съехать с перекрестка телеге это не помогло.

На всякий случай я проверил его и на магию, и на Скверну, ничего не обнаружил и решил объехать по обочине. Земля там была раскисшая, но автомобиль должна была выдержать. Богомаз-то уже радостно приближался, а при его появлении телега точно сместится в нужную сторону.

Стоило съехать с дороги, как в машину ударила пуля. Точнее, не совсем в машину, а в сработавшую защиту, поэтому пуля отрикошетила и влетела в телегу. Мужик вздрогнул, втянул голову в шею и шлепнулся на землю. Идея была неудачной, потому что следующим выстрелом по нам промазали, и пуля просвистела мимо уха лошади. Та испуганно заржала и рванула вперед. У мужика сработали инстинкты, не иначе, потому что он подскочил, завопил: «Стой, подлюка!» — и рванул за своим транспортным средством, изо всех сил перебирая ногами. Но поскольку ног у него было две, а у лошади целых четыре, он катастрофически не успевал, хотя и очень старался. А может, просто пытался таким образом уйти с линии огня.