— Валим! — воскликнул Рам и кивнул на бегущую к нам географичку, которая сегодня с классом дежурила по школе.
Собравшиеся быстренько рассеялись. Отойдя на безопасное расстояние, я обернулся: учительница беседовала с Кабановым, согнувшимся в три погибели, и Памфиловым с Райко.
— Нафига ты ему помог? — спросила Гаечка возле входа в школу.
— Друзья кинули его в трудную минуту, мы — помогли, — попытался объяснить я. — Теперь он перестанет считать нас врагами, и мы получим либо явного союзника, либо шпиона в стане врага.
— А-а-а, — в один голос протянули Димоны, а я закончил:
— Да и не могу смотреть, когда наших бьют. Кабанчик — он же наш, хоть и говнюк. Да и скотство, когда трое на одного.
— Поддерживаю, — кивнул Илья.
— Дайте алгебру скатать! — взмолилась за спиной Любка Желткова и сразу же отрапортовала: — Я узнала, что батя Ростовчука не станет вносить за него залог! Он сядет. Чума идет на поправку, тетка хочет его забрать к себе. Вот.
— Ты внезапна, как песец, — воскликнула Гаечка. — Так незаметно подкралась.
Под расписанием Гаечка отдала ей тетрадь и уточнила:
— А Дорик с Афоней?
Но Любка не слышала, лихорадочно списывала, закусив высунутый язык, и бормотала:
— Зачем мы учим этот бред? Оно нам в жизни никогда не пригодится.
Возле закрытого кабинета все было так же: на нас косились, с нами не здоровались, доносились смешки и шепотки. Но теперь движение возглавила Лихолетова, которая подумала, что Димон рисовал ее голой, и объявила нам войну.
— О, Коза Ностра пожаловала.
— Коза насра! — воскликнул Барик и захохотал.
Я подошел к Лихолетовой, которая не стала пятиться, а уперлась в меня грудью, и объяснил:
— Рая, никто тебя не рисовал, правда. Это раз. Два — знаешь, что такое Коза Ностра?
— Мафия. Как в фильме «Спрут».
— Да. Переводится с итальянского как «наше дело». Но ты ошиблась, мы — не мафия, мы — за правду.
Оставив Лихолетову раскрывать и закрывать рот, я вернулся к нашим. Стремительно набежала математичка Инночка и перед тем, как открыть кабинет, воскликнула:
— Опять девятый «Б»! Ну что вы за люди! — И убежала, вибрируя необъятными телесами.
Одноклассники пока ничего не знали о драке, потому просто удивились ее реплике. А когда мы вошли в класс, нас посетила классная, Елена Ивановна, окинула класс недобрым взглядом и припечатала:
— После пятого урока не расходимся. Шестым у нас будет классный час. Неделя учебы прошла, а уже есть о чем поговорить. — Она погрозила пальцем. — И только попробуйте не прийти!
Глава 22 Ну а вдруг?
Пятница, как много в этом звуке…
Каждый студент, школьник и работающий по найму ждет ее, как ребенок — Деда Мороза. Тот, кто составлял расписание, понимал это и поставил нам в пятницу пять уроков вместо традиционных шести. Низкий ему поклон!