— Что ж, как сказал бы Монвузен, — граф намеренно опустил титул «сподвижника», словно показывая собеседнику, что островной ренегат им, представителям почтенных материковых фамилий, не ровня. — «Маски прочь».

— Хорошо сказано, — кивнул с одобрением герцог. — Итак, в чем суть. Намерение императора привести в чувство зарвавшуюся дворнягу понятно и естественно. Если бы речь шла о простом вразумлении высшим низшего, проблемы бы не было. Но в этом сезоне модно срывать королевские знамена со стен и убивать приматоров насмерть. А «Охотничий Пес» задолжал мне. Задолжал много .

Не совсем верно, подумал граф, Сибуайенны формально сохранили трон… Хотя с другой стороны, да, есть в этом крупица истины. Особенно если принять во внимание уход предыдущего императора. Фийамон говорил меж тем:

— И я опасаюсь, что получить долг с упраздненной фамилии будет не проще, чем с крестьянина зерно после дождливой осени. Кроме того…

Старик, не чинясь, высморкался, небрежно бросил платок стоимостью в расшитый жемчугом кафтан. Продолжил в гробовой тишине:

— Кроме того, подобные… предприятия создают опасные прецеденты. Нынешний «Пес» — идиот, жадный и глупый. Но он — человек чести высшей пробы, настоящий приматор. В отличие от выскочек Сибуайеннов. Сегодня он, завтра…

Старик позволил многозначительной паузе как следует проникнуть в уши графа, наведя на правильные соображения. И развил мысль далее:

— Научить уму-разуму, поставить на место зарвавшегося королька и его глупую свиту — это хорошо, это правильно и разумно. Однако гнать с трона, громить весь укоренившийся порядок в королевстве… Было бы чересчур вредно и несвоевременно. Поэтому я возьму на себя смелость предложить вам несколько… подправить решительную политику Его Величества. Вы, друг мой, опытный командир, храбрый воин, чьи достоинства не подвергаются сомнению. Будучи коннетаблем, вы сможете… подобрать верный баланс между победами и, скажем так… не-победами. Чтобы Оттовио почувствовал себя императором-воителем, однако все мы избежали радикальных… эксцессов. Вы сможете обставить все таким образом, словно решительный успех находился ближе вытянутого пальца, и лишь Господне вмешательство стало преградой. В конце концов, люди надеются и бросают вызов судьбе, но исход всякого дела определяет Пантократор.

Фийамон говорил неспешно и вдумчиво, выделяя ключевые слова паузами и ударениями.

— Демиурги с этим не согласились бы, — пробормотал Шотан, но старик будто и не расслышал ремарку.

— Победе над Северо-востоком — безусловное «да». В конце концов, императорский престиж следует поддерживать на высоком уровне. Без позолоченного гвоздя, на котором закреплена пирамида власти в Ойкумене, наступают хаос и анархия, они вредны для процветания и доходов. Но разгрому и тем более погрому достойной фамилии, всей целокупности королевской власти на северном восходе… столь же решительное «нет». Так я полагаю.