— Нет. Растворился.
Макинтош присвистнул.
— Профессионалы.
— Очень, — согласился Кокс. — И очень осторожные. До убийства Макгроу ни одного инцидента с насилием. Работали чисто.
— Значит, Макгроу застал их врасплох, — сказал я. — Они не планировали убивать. Но когда он их увидел…
— Не оставили свидетеля.
Я отложил фотографию.
— Что делаем дальше?
Кокс сложил руки на груди.
— Разделимся. Макинтош — твои старые контакты. Поговори с журналистами из криминальной хроники, может, кто-то что-то слышал. Слухи, сплетни, версии. Газетчики знают больше, чем пишут.
— Сделаю.
— Фуллер, ты со мной. Поедем на завод Паккард. Поговорим с охраной, посмотрим место преступления.
— Понял.
Кокс взял папку, сунул под мышку.
— Выезжаем через десять минут. Возьми пальто — дождь не кончился.
Я кивнул и пошёл к своему столу за вещами.
Первый день. Первое дело. Пятьдесят три украденных машины и один мёртвый старик.
Добро пожаловать в Бюро расследований.
Завод Паккард располагался на Ист-Гранд-бульвар, в промышленном районе города. Четырёхэтажное кирпичное здание, построенное в начале века, когда братья Паккард только начинали своё дело. Рядом — более новые корпуса, складские помещения, железнодорожные пути.
Я припарковал свой Паккард у главного входа. Кокс вышел из своего Форда — скромная Модель Т служебного вида, чёрная, без излишеств.
— Забавно, — усмехнулся он, глядя на мою машину. — Ты приехал на машине за пять тысяч расследовать кражу точно таких же.
— По крайней мере, я понимаю, что крадут, — ответил я.
Нас встретил начальник охраны, мистер Уолтер Симмонс, мужчина лет пятидесяти с военной выправкой и шрамом на левой щеке. Бывший армейский сержант, судя по всему. Было в нём что-то такое, одноизвиленное.
— Специальный агент Кокс, — кивнул он как старому знакомому. — Здравствуйте сэр, вот и вы наконец-то подключились.
— Лучше поздно, чем никогда, — ответил Кокс. — Это агент Фуллер. Покажете нам завод? Хочется почувствовать дух Паккарда.
— Конечно, мистер Кокс, с удовольствием.
Симмонс повёл нас внутрь.
Первое, что я отметил это запах. Лак, масло, кожа, дерево. Смесь ароматов дорогого производства. Это был не запах стандартного завода. Это пахло ремесло, которое еще не стало рутиной.
— Паккард — это не Форд, — сказал Симмонс, словно прочитав мои мысли. — Мы не штампуем машины. Мы их создаём.
Он провёл нас через кузовной цех.
Длинный зал с высокими потолками и большими окнами. Свет падал сверху, за него отвечали стеклянные фрамуги, как в старых мастерских. Вдоль стен тянулись верстаки из массивного дуба, каждый рабочее место мастера. Не просто рабочего, а именно мастера. Симмонс который взял на себя роль этакого Вергилия, хоть адом то что я видел точно не было, подчеркнул слово мастер с особой гордостью.