И не надо больше сидеть в этом клятом Подольске, не надо разговаривать с людьми… война тем и хороша, что врага можно убить! Но!
Анна мертва. Вся его родня мертва.
А Маргоша…
За несколько дней путешествия дама вымотала несчастного командира так, как это всему корпусу на марше не удалось.
Она ныла, жаловалась, требовала, умоляла, даже угрожала выкидышем… так, что Илья едва не рявкнул в сердцах, что это, пожалуй, лучший выход.
Вот заниматься ему нечем!
А с Маргошей еще ее мать, и брат, и дед Савва, и все смотрят так укоризненно… молчат, но смотрят!
Ай, не наплевать ли!
А это что?
Вестовой.
Корпус растянулся в движении на несколько километров. Собственно, войско, сопровождение, обоз, артиллерия… поэтому вестовые непрерывно курсировали вдоль полка. Мало ли что…
— Тор полковник, разрешите обратиться!
— Слушаю?
— Тора в красной карете плохо себя чувствует, умоляет вас прийти…
Илья скрипнул зубами.
На марше!
Когда он занят по уши!
Вот ему только и дела есть выполнять бабские прихоти!
— Передай торе, что я поговорю с ней вечером.
И того не стоило бы делать, но…
Ровно через полчаса вестовой примчался обратно.
— Тора плохо себя чувствует, она упала в обморок и…
— Меня это не интересует, — оборвал Илья. — Благодарю за службу, больше на тору внимания не обращайте.
— Есть, не обращать внимания.
Вестовой умчался, а Илья сосредоточился на своих делах. Полк на марше — это не просто так, им командовать надо. Внештатные ситуации здесь на каждом шагу возникают, вроде сломавшейся телеги, увязшей пушки, захромавшей лошади… командир хоть сам и не занимается, но кому приглядывать?
То-то и оно…
И тут бабские бредни⁈
Да гори оно ясным гаром!
Илья и днем не пошел, и вечером не пошел… Маргошу он соизволил навестить только на следующий день. Подъехал к карете, привязал лошадь и залез внутрь.
Тесно.
Трое человек внутри, дед Савва на облучке.
— Илюша!
Маргарита просияла, повисла у него на шее. Илья волей-неволей обнял женщину.
— Как ты тут, девочка?
— Плохо… ох, плохо, Илюшенька!
— Что не так?
— Тошно мне, дурнотно… ребеночка нашего потерять боюсь!
— Творец милостив, все будет хорошо…
— И ты не приходишь, и страшно мне без тебя…
Мать Маргариты и ее младший брат старательно изображали мебель, отгородившись двумя книжками. Илья оценил и коснулся поцелуем уголка губ Маргоши.
— Все будет хорошо. А пока — прости, детка. У меня слишком много дел.
— Какой смысл быть командующим, если у тебя нет свободного времени? Доверь что-то подчиненным…
Илья качнул головой.
— Не сейчас, Маргоша. Нет, не сейчас. Поверь, все будет хорошо, но нам надо очень много сделать… надо потерпеть.