Но побывав в котле войны и революции, они бы просто бросились на шею первому же постовому. Причем — с поцелуями и слезами радости.

По-ря-док!

Это когда тебя нельзя убить просто за то, что ты живой…

Это самое восхитительное ощущение на свете… почти.

— Меньшиков, Федор Михайлович, купец первой гильдии. Следую в Сарск, с семьей… подорожных нет, вот пашпорта.

Это было самым сложным вопросом.

Для Яны нашлись бумаги, но бумаги Марфы Федоровны Меньшиковой. Что еще могло оказаться под рукой у купца?

Михаил предлагал вписать Яну в его паспорт, как супругу, но тут уж заартачилась сама Яна.

Лучше сестра, чем жена! И вообще, у нее сын… сына — впишем?

Михаил энтузиазма не проявил, и был Яной навечно вычеркнут из списка мужчин. Вообще.

Так, человекообразное двуногое прямоходящее. Мужского рода. Но не мужчина.

Любой мужчина рассматривался Яной с точки зрениявероятного отцовства.

Любишь меня? Люби и моего сына. И прими, как своего. Тогда и я благодарна буду. И отвечу любовью на любовь. А не так, чтобы ты со мной спал, а сына гнал.

Ни один мужик не стоит того, чтобы ради него родного ребенка предать! Ни один!

Впрочем, Яна на своих убеждениях не настаивала. Она имеет право на убеждения, а все остальные имеют право на заблуждения. Это не ее проблема.

Ее проблема и ее счастье — Гошка.

Кстати, Яне иногда казалось, что жом Тигр, скажи она ему о сыне, принял бы мальчика, как своего. Гонял бы по вертикали, но и любил бы.

Он мог… наверное. Или она идеализирует этого мужчину? Впрочем, сейчас это и неважно.

За десять минут были проверены паспорта, благо, биометрии тут не придумали, а повезет, так и не изобретут, купцу сообщили, что насчет железной дороги этот надо лично к генералу на прием, а остановиться можно в доходных домах по Ручейной улице, там неплохо. Можно и на Молодежной, и на Лекарской…

Антон Андреич распорядился, город патрулируют, все тихо-спокойно военный режим.

Вот с продовольствием хуже, дело такое. Освобожденцы, что та саранча, все подожрали, но тор генерал распорядился наладить сообщение. Так что будет хлеб!

Будет!

Яна покопалась в своей памяти, но ничего интересного про Валежного не выкопала. Анна его даже не видела. Это ж не паркетный генерал, а боевой!

— Поехали на Ручейную, — решил купец.

Маленькая процессия двинулась по улицам.

Когда Валежному показали списки приехавших, он глазам своим не поверил.

Меньшиков!

Купец!!!

Миллионщик!!!

Да родной же ты мой!!!

Валежный отлично понимал, что надвигаются проблемы. Если уж Тигр и Ураган это понимали… да вся страна осознавала, что год будет голодный.