Кстати, единственное существо, которое убивает для игры. Не для пропитания, просто — позабавиться. И у Тигра это качество тоже есть.
— Допустим. Тогда чего вы от меня хотите?
— Поработаешь, — позволил себе улыбку Тигр. — Почтовым голубем.
— ЧТО⁉
— Я непонятно выразился?
— Непонятно, — честно сознался Митя.
— Если ты хотел, чтобы твоя работа для Валежного осталась в секрете, надо было не брать подручных.
Митя открыл рот, закрыл.
— Я… банк?
— Да.
— И кто⁉
Тигр пожал плечами.
— Я не стану сдавать своих людей. Перебьешься.
— А ты не перебьешься?
— Ромашкин, ты не дурак. Так что… читай. И молча. Хоть слово вслух скажешь — ощиплю.
Митя зло фыркнул, но лист дорогой белой бумаги принял. И начал читать. Про себя.
Только вот рот открывался и открывался. Все шире и шире…
Почтовый голубь?
Да в Митин рот полноценная ворона залететь могла. Потому что Тигр…
Митя не просто так по Звенигороду шатался. Он знал и про несколько поясов обороны, и про тайные ходы из дворца, и про…
Знал он про многое. А Тигр сдавал — все. И известное Мите, и неизвестное. Лист был убористо исписан мелким почерком с двух сторон, и это был смертный приговор.
Даже если бы кто-то его увидел.
— С тебя шкуру сдерут.
— Знаю.
— Что ты хочешь… Валежный?
— Да. Ты сможешь доставить ему мое письмо?
— Да. А ответ?
Тигр пожал плечами.
— Ответ он даст лично. Когда придет в Звенигород.
Митя аж заикаться начал от этой невероятной наглости.
— Т-ты…
— Не стоит тратить слова и время. Ты согласен?
Митя кивнул.
Глупо было бы не соглашаться.
— Ты как раз успеешь добраться до Валежного. Я дам тебе сопровождение. А обратно уже и не потребуется. Валежный сейчас в Беркуте, и по моим сведениям, он там задержится. Успеешь.
Митя кивнул.
— Да, успею.
— На всякий случай… если тебе что-то понадобится передать через Хомяка, пусть ему отдадут этот перстень, — Тигр снял с пальца простое железное кольцо.
Когда-то они с братом сделали два таких — из звена их оков. Расплавили цепи, смешали кровь, добавили железо…
Кольцо брата ушло с ним в землю.
Кольцо самого Тигра сейчас отправится вместе с Митей. К Валежному.
— И пароль. Яна.
— Яна?
— Да.
Можно украсть вещь. Но украсть знания? Надо знать, о чем спрашивать. Тигр рисковал, но другого выхода у него не было.
Отправив Ромашкина из Звенигорода, Тигр позволил себе минуту слабости.
А именно взял бутылку дубовика и напился в одиночестве. Смотрел в огонь камина, наливал в рюмку дубовик и пил. И когда он глядел на огонь через дорогое спиртное, виделись ему не языки пламени.
А теплые карие глаза с золотыми искрами.
Чистые, родные,любимые…
Да, именно такие…