— Аня, не смей сейчас отдаляться от меня. Я тебе не позволю этого сделать.

— Я…

— Прекрати. Все правильно, разве ты еще не поняла?

Анна вдохнула. Выдохнула, стараясь обрести спокойствие. И произнесла одно имя, которое могло сейчас подействовать.

— Лиза.

Если бы она стукнула Бориса по носу, получилось бы не хуже. Савойский прикрыл глаза, даже пальцы в ее волосах замерли.

— Лиза, да…

Замешательство длилось недолго.

— Я сегодня поговорю с ней. Она молодая, симпатичная, утешится.

Анна едва не ахнула.

— Что⁉

— Что тебя удивляет? Ты мне важнее, чем эта дурочка. А с Игорем мы договоримся, ему это тоже важно. Проглотит.

Анна лихорадочно размышляла.

Мужчина был полностью серьезен. Не лгал, не крутил…

Он и правда, пойдет, расторгнет помолвку, получит гору неприятностей… а она через полгода умрет. Ее не станет и душа уйдет на обед Хелле.

Нет! Она не допустит, чтобы кто-то из-за нее разрушил свою жизнь!

Анна тряхнула головой.

— Не надо так делать. Пожалуйста.

Борис внимательно посмотрел ей в глаза.

— Почему? Я тебе совсем не нравлюсь?

Вот что тут скажешь? А что ни скажи — не поверит. Он целовал Анну, он видел ее реакцию, и чисто на физиологию тут ничего не спишешь. Анна потерла руками лицо.

— Тебе не кажется, что сейчас не время и не место для такого серьезного разговора?

— Это верно. Анна, у меня есть квартира в городе. Ты не возражаешь?

Анна не возражала. Пока они доедут до квартиры, у нее будет время обдумать сложившуюся ситуацию и принять решение. Какое? Какое бы она не приняла, все равно получится больно. Увы.

Квартира в городе оказалась скромненькой, всего шесть комнат в доме на Набережной. На минуточку — элитном доме, из тех, у которых есть свой большой двор, своя детская площадка, зеленая зона и даже гараж на две машины к каждой квартире. Роман был отправлен загонять туда машину, а Боря взял Анну за руку и повел за собой.

Как-то оно само получилось…

Стоило им захлопнуть дверь квартиры…

Анна честно хотела поговорить.

Боря не хотел на нее давить. Но…

Один взгляд — и все полетело в тартарары! Осталась только сумасшедшая яростная нежность. Губы встретились с губами, осенними листьями опала на пол одежда, а уж как они оказались в спальне, и вовсе никто не помнил.

Как-то.

Спасибо, не на коврике перед порогом, а то он такой… колючий.

Анна медленно приходила в себя. И осознавала, что могла вот так умереть — и ничего не узнать. И не почувствовать. И даже не страдала бы.

Илья… что тут скажешь? Илья был свято уверен, что есть жена. И к ней надо относиться с почтением, то есть даже в постели только через ночную рубашку и с поклонами.