Завершающим этапом стало мороженое. Игнорируя недовольный взгляд продавщицы, я развернула обёртку и подошла к окну. «Ящерка» на моей руке шевельнулась и мягко царапнула кожу, отвечая на безмолвный вопрос: объект на месте. Отлично. Мороженое капнуло на рукав — и, как говорит Анюта, ой… Провести ладонью по рукаву, приподнимая его и касаясь браслета — и вобрать нужную для заклятья щепотку силы. И накрыть шатром стройку, от забора до забора, от маковки подъёмного крана до фундамента и на пять метров ниже, и чтоб ни одной щели не осталось.

— Спасибо, — доев мороженое, я улыбнулась недоумевающей продавщице и спокойно вышла из магазинчика, выбросив обёртку в урну.

Хоть бы живьём наконец взять, а…

Я беспрепятственно добралась до забора, обогнула его и, убедившись в отсутствии людей, достала трость и вспорола ткань пространства, убирая бетонное ограждение и создавая щель в шатре. И первой в ней исчезла «ящерка», а я, потерев руки и сняв пару полезных серёжек, шагнула следом, наговором закрывая «дверь»-брешь.

Наблюдатель на встречу, ясно дело, не явился и мудро закрыл выдавшее его «всевидящее око». Сбросив на землю рюкзак и куртку, я тряхнула руками и звякнула браслетами. Ну же, приятель, свет в моём лице требует: пусть силы тёмной стороны выходят на бой… Вокруг меня громоздились плиты и земляные горки, напротив — семь этажей скелетообразной заготовки без стен и стрела подъёмного крана, поодаль чернели трубы и синел вагончик охраны. А если «тёмная сторона» не выйдет сама, её позорно выволокут из убежища за хвост или вытряхнут лёгким движением ветровой руки…

Взгляд «ока» на секунду померещился сверху, и я щёлкнула пальцами, призывая «ящерку», шепнув:

— Кран. Заберись и найди.

Охрана стройки, конечно, крепко спала. Снова изучив поле грядущего боя, я растёрла между ладоней обе серёжки сразу. Металлические на вид, они крошились хрупкой глиной, отдавая вложенные в них заклятья. Что ж, если ты наверху…

Ветер явился на зов сразу. Взъерошивая пыль и мелкий мусор, по дуге облетая капкан, он закручивался спиралью, отталкиваясь от заборов, и поднимался от земли к небу, сжимая воздушные кольца вокруг новостройки, змеёй взбираясь по дребезжащей стреле подъёмного крана. А я, закрыв глаза, смотрела глазами ветра, изучая каждый пятачок и закуток, каждую машинную кабину и щель между плит. И свою жертву заметила, к сожалению, слишком поздно. У наблюдателей есть категорический приказ — отступницам в плен не сдаваться. И чтоб их, старых перестраховщиков…

Ветряная змея бросила к моим ногам очередную мумию и успокоилась, оседая строительной пылью. Я осторожно присела, достала из рюкзака влажные платки и протерла лицо, прочистила от пыли глаза и изучила добычу. Мумия издевательски оскалилась скошенной челюстью, равнодушно посмотрела пустыми глазницами. Я разочарованно наморщила нос и вытащила из рюкзака пакет с порошком, стирающим следы магии.