— У вас запрещено носить награды других государств? — кажется, Марта растерялась, а меня её слова просто повергли в шок.

Так это не религиозный крестик⁈ Она мне награду вручила? За что, интересно? Я ведь ничего такого не делал, чтобы меня отметили. Не за подвиги же в постели? Хотя… Награждать мужика за это дело… У меня гордость имеется! Придётся вправить мозги.

— И чем же я заслужил эту награду? — встав во весь свой уже немаленький рост (а ведь я ещё расту!), процедил я.

Марта, вижу, запаниковав, стала одергивать юбку, что она всегда делала, когда волновалась, но всё же собравшись и перейдя с английского на немецкий, торжественным тоном сообщила:

— За развитие бокса в Норвегии король Олаф пятый награждает тебя Орденом Заслуг кавалер первого класса!

— Меня⁈ Ничего не понял! — ещё больше запутался я.

В самом деле, бокс не тот вид спорта, которым Норвегии можно гордиться: серьёзных профи не было у них никогда, как, впрочем, и любителей. Я только одного норвежского боксера помню, и то из-за фамилии — Хавно Магне. У нас бы в школе парня с такой фамилией задразнили. «Хавно, к доске!» Ха-ха.

— Да! Хокон, мой брат, похвастался в школе знакомством с тобой, показал перчатки, которые ты ему подарил после Олимпиады, и у них организовался клуб любителей бокса. Мальчишки нашли видео твоих боёв, стали заниматься сами… а затем про это написали в газете, и вот сейчас в Норвегии уже тринадцать боксерских клубов твоего имени! Папа помогает им с амуницией, подыскивает тренеров, помещения. А мой дед решил, что твоих заслуг достаточно для награждения, ведь пятьсот молодых людей стали заниматься боксом благодаря тебе, и это минимум! Он имеет право награждать сам, без решения совета ордена.

— Тринадцать? Это разве много? — растерянно тру лоб.

— Много! У нас есть город Тронхейм. Это настоящая боксерская столица, там три или четыре спортивных клуба, для Норвегии это очень много.

— Так это официальная награда? А почему ты мне её в номере вручаешь? — удивленно спрашиваю я.

Я уже сдался: раз награда не за постельные дела, то принять можно. Хокон, конечно, засранец, я и встречался-то с ним всего два раза в Сеуле.

— Хотела показать только, я тебе её не отдам…

— Потому что у меня докУментов нету? — пошутил я, и видя, что Марта мою русскую фразу не поняла, махнул рукой: — Забей!

А вот значение слова «забей» мой попугайчик уже выучил.

— А вручат тебе её в понедельник в нашем посольстве. Вот приглашение! — и Марта протянула мне блестящий глянцевый конверт.

— А ничего, что у меня билет на самолёт на понедельник? — пробормотал я, прикидывая, как теперь менять его. — Да черт с ним! Аньку озадачу!