— А… ты эту американку ищешь? Так её к себе парни из охраны забрали.
— Как? Куда? — остолбенел я.
Охрана сегодня местная, хотя бывает по-разному, иногда и милицию на усиление кидают. Жаль, Эдгар с Лизой ушли раньше нас! Сейчас бы КГБшная ксива очень пригодилась!
Дверь в подсобку оказалась закрыта. За неимением свободных рук, занятых верхней одеждой, стучу ногой.
— Это кто тут такой борзый? — слышу густой мужской бас, и дверь каморки открывается, показав здорового дядю лет тридцати с бородой и шрамом над правым глазом.Сразу отлегло от сердца — в центре комнаты за столом сидит довольная Марта и пьёт что-то из стакана. Даже если и спаивают подругу — черт с ними! Раз не обижали мою девочку, то и я вас не трону. А у охраны тут прикольно: не одна каморка, а сразу две проходных. В ближней за столом сидят три парня, кроме того, что открыл мне дверь, и Марта. А в дальней на диванчике вижу целующуюся парочку. Слава богу, разнополую.— Толья-я-я! — радостно орёт Марта и машет рукой, предлагая присоединиться к ним.— Ты зачем ушла? — мягко сетую я. — Я волнуюсь.— Слышь, ты тоже иностранец? — удивляется бородатый мужик, открывший дверь.— Ейс! — на автомате вру я.— Ес! Ес! ОБХСС. Черт нерусский, чуть в лобешник тебе не зарядил, — ворчит дядя.— Марта, ком цу мир, — я аж на немецкий переключился, так хотелось ответить хаму на нашем матерном.
Ишь, зарядить он мне захотел! Но раз Марту не обидел, то пусть живет. Всё же драться с местной охраной — не самое правильное решение. Да ещё эта шуба в руках! И положить негде, сразу ноги ей сделают. Зато Марта предмету своей любви (шубе, не мне) искренне обрадовалась.
Попрощавшись, мы уходим от гостеприимных советских парней-охранников. Уже в машине выяснил, что Марта устала меня ждать и хотела пойти искать, но не смогла никого найти, кто смог бы ей одолжить верхнюю одежду для этого. Лопоча на своем языке, она пристала к проходящей мимо девушке, просительно дергая ту за рукав, за что и была забрана охраной к себе для выяснения личности. Но сейчас я нашёлся! Поэтому, пока мы ехали в гостиницу, Марта довольно гладила то меня, то шубу.
На следующий день турнира после разминки и обязательного взвешивания я убедился что мир реально тесен! Поболеть за моего соперника пришёл… тот самый бородач из охраны «Метелицы», оказавшийся его старшим братом.
— Так ты не иностранец? А чего голову морочил? — удивился «дядя Костя», как он представился.— Какой, нахрен, дядя? Тебе лет тридцать…. А ты что, против?
Шубы в руках у меня не было, зато уже были надеты перчатки, и таких как этот бородач, мне и пятерых мало.