Лекс надавливает на поясницу, заставляя меня опуститься ниже, и я оказываюсь в откровенной позе, сгребая пальцами простыни. Он управляет мной, как шарнирной куклой, сгибая и выпрямляя так, как ему вздумается.
Я не подозревала, что во мне столько гибкости… Я не догадывалась, что мне не нужно сопротивляться, чтобы чувствовать себя свободной...
Каждый шлепок мужских бёдер о мои ягодицы пробегает разрядом по оголённым, как провода, нервам, разжигая огонь внизу живота и вызывая судорожные спазмы — вопреки тому, что я была уверена, будто больше не кончу.
Это ещё одно открытие на сегодня, потому что с бывшим мы ни разу не занимались сексом несколько раз подряд — из-за его злоупотребления анаболическими стероидами, от которых периодически появлялись проблемы с эрекцией и часто — с либидо. Совершенное тело — это не всегда о здоровье. Вернее, совсем не о нём.
Моя спина мокрая от пота, мужские ладони мнут грудь, а последние толчки твёрдого члена, выбрасывающего сперму, сливаются с ритмом моей пульсации, захлёстывая волной.
Идеальное скольжение, амплитуда и глубина. Это поглощает моё сознание, оставляя только инстинкты и наслаждение.
Слышится шумный выдох за спиной, и хватка на моей талии ослабевает, давая мне возможность плавно опуститься на подушку.
В ушах стоит гул, перед глазами пелена, но тепло кожи, поцелуи и прикосновения всё ещё ощущаются на мне, словно выжженный отпечаток.
— Там... твой телефон разрывается, — прерывисто говорит Лекс, поднимаясь с постели и снимая презерватив.
Я киваю и пытаюсь свести колени, хотя сделать это чертовски сложно.
Щёки заливает жар — мой взгляд невольно опускается на мускулистые, подтянутые ягодицы анонима. Я прикусываю губу, чтобы отрезвить себя и не залюбоваться дольше, чем следует. Дольше, чем полагается двум незнакомцам. Хотя назвать нас незнакомцами можно с натяжкой.
Я... не знаю, кто мы, но сейчас это неважно.
— Да, я слышала. Это та самая подруга — мы договорились, что, если я не отмечусь в полночь, она примет решительные меры.
— Мне сразу лечь на пол и сложить руки за голову? Или она ограничится звонками?
Я отвечаю на шутку ленивой улыбкой. Сейчас я расслаблена и разнежена, как, наверное, никогда прежде. И до сих пор в шоке от того, что решилась на эту авантюру.
— Раз я до сих пор жива, значит, обойдётся.
— На твоём месте я бы не был так уверен.
Лекс скрывается за дверью ванной, и вскоре оттуда доносится шум воды.
Я медленно, с осторожностью ставлю ноги на пол, оглядываясь на обстановку, которую мы оставили после себя.
У меня нет планов на эту ночь. Я не знаю, стоит ли уйти сразу или Лекс сам исчезнет, как только приведёт себя в порядок, но комната выглядит так, будто через неё пронёсся ураган.